Свобода во Христе - христианский проект

Понедельник, 26 февраля 2024
ГЛАВА ВТОРАЯ PDF Печать E-mail

 

ГРЕХ ОСТАВЛЕНИЯ ПЕРВОЙ ЛЮБВИ

Никто не может подвергнуть сомнениям истинность духовных опытов тех, кто участвовал в движении 1844 года. Иисус был тогда "любимым" для верующих, они ожидали Его скорого пришествия, и Присутствие Святого Духа в этом движении было очевидным.

Именно убеждение в том, что Святой Дух руководит адвентистским движением, а не расчет на теологическую правильность, поддержало это "малое стадо" во времена Великого Разочарования. Церковь Адвентистов Седьмого Дня была замыслена в истинной любви и рождена в душевных муках несколькими, кто рисковал всем, признавая работу Святого Духа. Это было здоровое рождение, задуманное в истинной вере, а не в законничестве.

В первые свои годы церковь любила Господа всем сердцем и высоко ценила присутствие Святого Духа. Все ее беды в последующие времена начались с оставления "первой любви", за которой последовала неспособность узнавать работу Святого Духа.

Уже в 1850 году сердечная преданность Иисусу постепенно начала заменяться у многих, как говорила молодая вестница Божия, "состоянием оцепенения и дремоты", "полусна". Коварное самолюбие стало подменять истинную любовь к Спасителю, порождая равнодушие. Гордость и самодовольство от обладания истиной постепенно вытеснили из сердец ту простую, сердечную веру в Иисуса, которая когда-то и побудила принять эту истину.

Итак, вскоре после Великого Разочарования 1844 года, после того, как собралось вместе "малое стадо", сохранившее эту веру, у них развилось непонимание трехангельской вести. Непонимание это имело не теологическую, а духовную причину. Церковь уподобилась юноше, который вырос физически, оставаясь в духовном смысле ребенком.

"Истина" поразительно быстро развивалась, находилось множество ее обоснований, и она оказывалась непобедимой в споре, но, как сказала Елена Уайт в 1855 году: " Служители Бога чрезмерно полагаются на силу доказательств" (IT 113). Это затруднило их сопротивление бессознательному, тонкому и коварному искушению потакать духовной гордыни: разве не они увидели и приняли истину, разве не они жертвовали во имя ее? Им начало казаться, что была заслуга в том жертвовании. Священнослужители и евангелисты стали создавать новые общины, возмущать спокойствие других священнослужителей и церквей, побеждать в спорах и дебатах, приобретать своих "лучших" последователей, крестить их и идти дальше к новым победам. У них наступила эйфория от успехов.

Эта борьба привела к тому, что они стали лелеять надежду на свое персональное или коллективное оправдание и спасение при втором пришествии и ставить ее выше восторженного ожидания встречи с Возлюбленным, когда никто не думает, будет ли он оправдан или нет при этой встрече. Их вера превратилась в веру в доктрину и послушание этой доктрине; мотивацией при этом стала эгоистическая озабоченность о "вознаграждении", а не сердечная признательность благодати Христа. Вместо "хождения" в полной покорности Господу, мы начали гордо маршировать со своими неоспоримыми доктринальными свидетельствами "истины".

Неизбежным результатом было возникновение одного из видов законничества. Аналогичная картина часто наблюдается и в личной жизни новообращенных адвентистов. История адвентизма, в правильном ее понимании, представляет собой рассказ о духовном опыте адвентиста. Каждый из нас представляет собой часть целого, подобно тому, как капля воды является частицей дождя. Говоря об опыте прошедших лет, не будем забывать, что мы ничем не лучше наших предшественников. Как говорил Павел верующим в Риме, мы делаем то же самое (Рим. 2:1). Только обладая мудростью и проницательностью, дающими осознание нашей коллективной вины, мы можем обратить неудачи нашей церкви в успех.

Как укоренилось состояние "теплоты"

Елена Уайт с самого начала осознавала, что в основе трудностей лежит непризнание жертвенной любви Христа, потеря тесной связи с Ним и измена своей "первой любви" . Очевидно, что сама она никогда не изменяла этой первой любви, так как всегда быстро и энергично реагировала на все проявления Святого Духа. А мы оказались не готовыми к такому восприятию.

Мы распевали вместе с В. Х. Хайдом: "В сиянии нам слышится голос из святой земли, нам слышится голос, и сердца наши радуются", и все же сохранялась постоянная напряженность: непрестанно нужно было делать выбор - признать Дар Пророчества Елены Уайт или же с негодованием отнестись к ее упрекам и замечаниям? Сила Святого Духа, присутствовавшая в проповедях Елены Уайт, заставляла руководителей церкви признать, что Бог выбрал именно ее для этой миссии, но в то же время они редко проявляли сердечную симпатию к этим глубоко проникновенным проповедям. Подобное внутреннее сопротивление не удивительно для нашей человеческой природы. Об этом говорят многочисленные примеры из истории древнего Израиля.

Почти пренебрежительное постоянное отношение к серьезным призывам Елены Уайт вернуться к "первой любви", которую мы предали, привело к тому, что настали самые мрачные времена нашей истории. Все возрастающая, бессознательная "любовь к себе" служителей и членов церкви вытеснила истинную веру и, как следствие, нашу способность различать деяния Святого Духа. Произошло нечто, что и представить нельзя по отношению к пионерам движения (и, в частности, почти нельзя по отношению к нам сегодня). В 1888 году ответственные делегаты на сессии Генеральной Конференции "нанесли оскорбление" могущественному Третьему Лицу Божества (Ms. 24, 1892; Special Testimonies, Series A, No.7, p. 54, см. 6 главу). Как могли Адвентисты Седьмого Дня совершить это?

Если бы не служение Елены Уайт после происшедшего, то представляется сомнительным, чтобы это движение вообще смогло продолжать существовать, не превратившись в один из легалистических культов, как, например. Свидетели Иеговы или Всемирная Церковь Христа. Таков сам по себе поразительно простой (и обычно признаваемый правдивым) комментарий по поводу природы нашего глубоко укоренившегося неверия. В течение нескольких десятилетий мы повторили тысячелетний исторический путь древнего Израиля. Согласно библейской символике церковь - это "Иерусалим". Но, к сожалению, она оставалась все еще старым городом, а не новым.

Мы не увидели в посланиях трех ангелов "вечное Евангелие". Доктрины были верны, но из-за духовной слепоты служители и члены церкви не смогли различить истинный смысл трехангельской вести точно так же, как иудеи не смогли постичь истинный смысл Ветхого Завета. Евреи не увидели значение креста в служении во святилище, а также в служении давно ожидаемого Мессии. Подобным же образом значение креста в трехангельской вести ускользнуло от внимания наших братьев в конце девятнадцатого столетия.

Еще в 1867 году Елена Уайт говорила о кресте Христа, как об основной теме, которая должна вдохновлять церковь Адвентистов Седьмого Дня и определять наше мировоззрение и образ жизни.

"Мы настолько слились с этим миром, что утратили видение креста и более не участвуем в страданиях Христа...

Мы должны отличаться от мира тем, что принимаем жертву Христа (IT 525).

Насчет нашей религии слишком много шума и суеты, а в то же время о Голгофе и о кресте забывают" (5Т 133).

Рост в ущерб росту

Еще более затрудняет понимание состояния пашей духовности тот факт, что церковь действительно благополучно росла численно и материально, рос ее престиж. Это находило отражение в постоянном укреплении официального положения церкви и ее организационной структуры, увеличении ее доходов. Возникшее буквально ни из чего, только что появившееся движение, на глазах у презиравшего его мира стало уважаемым, прочным и стабильным религиозным течением. У нас было, по общему признанию, лучшее в мире медицинское учебное заведение и одна из наиболее передовых церковных типографий на Западе.

Разумеется, ничего плохого в таких успехах не было. Большинство из них были достигнуты благодаря настойчивым требованиям вестницы Божьей. Было правильно и необходимо создавать новые структуры, распространять свое влияние на новые территории и возводить новые церкви. Но и служители церкви, и рядовые члены неправильно восприняли этот рост как единственную конечную цель и предназначение адвентистского движения, забыв о необходимости готовности к возвращению Христа. В результате возникло непонимание; в еженедельных отчетах "о продвижении дел", публикуемых в "Ревью", начало проглядывать самолюбование и самодовольство.

Дух таких отчетов контрастирует с духом горячих писем, которые в то же время рассылала Елена Уайт. Многие из братьев выражали оптимизм по поводу достигнутых ими результатов. Действительно, это Божье движение и Он руководит им. Но Дух Пророчества и ход истории говорят нам, что наиболее удивительным аспектом этой работы стал не достигнутый материальный прогресс, а отсутствие духовной зрелости.

Первоначальной целью адвентистского движения было развить характер, подобный характеру Христа. Это должно оправдать жертву Иисуса. Ни одна другая община святых в истории не достигла зрелости духовного опыта, символом которой стала в Священном Писании Невеста, "приготовившая себя" (Откровение 19:7). Остаток будет жителем "Нового Иерусалима", победив вероотступничество всех предыдущих поколений. В их характере отразятся практические результаты очищения небесного святилища. План спасения достигнет своей кульминации и на все сомнения и возражения, выдвигаемые сатаной и его воинством, будут раз и навсегда даны ответы. Не павшие миры во Вселенной также станут свидетелями полного успеха плана спасения в последний час истории этого мира. Евангелие воистину увидят как "силу Божью ко спасению" (Рим. 1:16).

Реализация этой главной цели тесно связана с достижением вспомогательной, вторичной цели: завершением проповеди Евангелия во всем мире. Выполнение вторичной программы обязательно произойдет после реализации первичной, главной программы (Марка 4:26-29, Откровение 14:15, Ин. 13:35).

Если бы мы не были ослеплены любовью к себе, то правильное осмысление истины послания трех ангелов давно бы уже позволило получить подлинные успехи в достижении главной цели: развить характер, подобный характеру Христа. Но вместо этого получены были мнимые успехи в реализации вторичной цели.

Сразу же становится очевидной серьезная проблема. Другие вероисповедания также достигли успехов в росте численности и укрепления своих организаций, даже больших, чем мы, что позволяет предположить следующее: подобный рост мало значит в смысле Небесного благословения наших дел. Захваченные процессом иллюзорного воплощения вторичной цели, мы почти потеряли из виду главную. Официальные отчеты заканчиваются опрометчивыми выводами, основанными на достижениях в области финансов или статистики. Вот один из примеров, показывающий лишь вершину айсберга гордыни и самодовольства:

"Еще большими, чем финансовые средства, полученные от наших многочисленных дел, являются вера и усердие, которые движут избранным народом Божьим. Эти объединенные вместе средства, под руководством Вождя воинства Господня, приведут к скорому триумфу великого Адвентистского движения во всем мире" ( Thirty-seventh Financial Report, General Conference, December 31, 1948, p. 9).

Иными словами, духовная вера и усердие избранного народа Божия измеряются посредством статистических отчетов! Можно было бы сказать, что это крайний случай и устаревший пример. Но он показывает, какая доминанта утвердилась в то время и прослеживается до сих пор в умах людей. Наши сердца говорят, что мы "богаты, разбогатели, и ни в чем не имеем нужды". Однако Начальник и Совершитель веры утверждает обратное.

Таково было духовное состояние нашей церкви в десятилетие, предшествовавшее сессии Генеральной Конференции 1888 года. К тому времени вестница Господа часто осуждала любовь к себе, которая стала явной и распространилась повсюду в виде состояния "теплоты". В годы, предшествовавшие Конференции 1888 года, она посылала нам свои вести со словами горячей мольбы, которые должны были побудить служителей и рядовых членов церкви обрести снова глубокую, сердечную любовь к Иисусу, любовь, которая была почти потеряна. Труд ее был упорен, но по неизвестной причине ее призывы были оставлены без внимания.

Простое средство Бога для решения серьезной проблемы церкви

Может ли некая динамичная весть, некое простое "слово" проникнуть в сердца лаодикийцев и совершить то, чего не удалось Елене Уайт за десятилетия ее ревностного духовного служения?

План Господа дает на этот вопрос утвердительный ответ. Бог даровал такое "слово" через смиренных вестников в 1888 году, даровал весть, которая должна была стать "началом" позднего дождя и громкого клича. Обстоятельства, при которых она появилась, так же незаметны, как "червь", который подточил растение Ионы и оно засохло, настолько же скромны, как рождение Иисуса в Вифлееме. Бог послал двух никому не известных посредников, которые представили по новому чистую истину. Елена Уайт была восхищена их вестью. Она увидела в ней ранее отсутствовавшее звено в адвентистском учении, увидела мотивацию, которая превращала тяжеловесное законническое "надо" в радостное посвящение апостольских времен.

Она была справедливо возмущена своими братьями, руководителями церкви, которые не поняли случившегося и восприняли послание негативно. Елена Уайт так говорила о двух посланниках:

"Священник взял младенца Иисуса на руки, не осознавая того, что он делает. Бог не обратился к нему и не сказал: "Это утешение Израиля". Но как только Симеон пришел в храм,... он увидел младенца на руках у Своей матери,... Бог сказал ему: "Это утешение Израиля".... Симеон узнал Спасителя, потому что был наделен даром распознавать духовные вещи....

Несомненно Господь был вчера с пастором Ваггонером, когда он проповедовал....

Вопрос в том, послал ли Бог эту истину? Призвал ли Бог этих людей для провозглашения истины? Да, Бог послал этих людей донести до нас истину, которой у нас не могло быть, пока Бог не пошлет кого-то, чтобы принести ее нам. ... Я принимаю ее, и не смею поднять руки на 'этих людей, как не подняла бы ее против Иисуса Христа, Которого нам следует узнать в Его посланниках .... Мы находимся в смятении, в сомнении, и церкви почти при смерти. Но мы читаем..." (цитирует Откровение 18:1) (Ms.2, 1890).

Наша проблема сегодня

Сегодня, столетие спустя, при существовании более громоздкой всемирной организации выход из того же состояния "при смерти" представляется еще более сложным, чем в 1890 году. Серьезную проблему представляет собой религиозная гордыня и равнодушие у многих наций и культур. Не стоит надеяться, что эта проблема разрешится сама собой со временем. Даже терпению Божьему может скоро настать конец. Господь не может, и не будет допускать вечно существование "теплого состояния". Он говорит, используя язык символов, что наше состояние вызывает тошноту (именно это значение подразумевает оригинальный текст Откр. 3:16, 17).

Ключ к пониманию сегодняшней тупиковой ситуации лежит в правильной оценке случившегося на сессии Генеральной Конференции в 1888 году и после нее. Мы должны признать тот факт, что в целом как всемирная деноминация мы не имеем этого верного понимания. Поздний дождь и громкий клич появились среди нас, как простое, незаметное, посланное чудесной силой явление, но эти бесценные благословения исчезли, потому что Святой Дух был "оскорблен".

В следующей главе мы должны будем разобраться, как такое могло произойти.