Свобода во Христе - христианский проект

Четверг, 22 февраля 2024
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ PDF Печать E-mail

 

ПОЧЕМУ ДЖОУНС И ВАГГОНЕР СБИЛИСЬ С ПУТИ?

Одной из великих тайн истории церкви Адвентистов Седьмого Дня является духовное падение Джоунса и Ваггонера. Принято считать, что предпосылки этого падения существовали в их характере с тех пор, как они пришли в церковь. Их уподобляют тем людям, о которых апостол Иоанн написал:

"Они вышли от нас, но не были наши; ибо, если бы они были наши, то остались бы с нами; но они вышли, и чрез то открылось, что не все наши" (1 Иоанна 2:19).

Данный принцип, по-видимому, подходит к случаю с Д. М. Канрайтом. Задолго до его ухода из церкви, он в духовном смысле уже "не был наш". Время от времени Канрайт подавлял сомнения, признавая свою вину, но эти сомнения не исчезали. Наглядно эта история представлена в "Testimonies" ( Vol.5, pp.516-20. 571-3, 621-28).

Часто спрашивают: "Были ли Джоунс и Ваггонер истинными христианами в Миннеаполисе и после этого и как можно идти по правильному пути и затем оказаться на ложном?" В книге "The Fruitage of Spiritual Gifts" представлена широко распространенная точка зрения о том, что они были радикально и экстремистски настроены, придерживались ошибочных взглядов уже в Миннеаполисе, и только ждали случая, чтобы "сойти с истинного пути".

"Во время сессии в Миннеаполисе, некоторые были склонны занять радикальные позиции, как будто экстремизм был признаком силы. Миссис Уайт.., кажется, даже предчувствовала, что эти два человека, ставшие в то время очень известными, могли через какое-то время увлечься своими крайними взглядами" (р. 232).

Однако Е. Уайт полагала, что их взгляд был верным в дни, когда проходили встречи в Миннеаполисе.

"Господь в великой милости Своей послал самое драгоценное послание Своему народу через пасторов Ваггонера и Джоунса... Бог даровал Своим посланникам именно то, в чем нуждались люди (ТМ 91, 95).

Бог представляет человеческому разуму драгоценные жемчужины правды, необходимые для нашего времени" (Ms. 8а, 1888: Olson, р. 279).

"Бог послал этих молодых людей, чтобы они несли специальное послание" (Ms. S24, 1892).

Могла ли Елена Уайт написать такие слова о тех, кто были "радикалами" и "экстремистами"?

То, что Джоунс и Ваггонер сбились с пути, не говорит о том, что они "не были наши". Их последующие неудачи были неблаговидно интерпретированы, чтобы оклеветать послание 1888 года.

В этом главное объяснение того, что некоторые опасаются изучать эту весть. Таким образом, оппозиция Миннеаполиса и до сего дня искусно оправдывается, а к Небесному посланию и к посланникам относятся с пренебрежением. Это и есть та опасная идея, которая, по словам Елены Уайт, получит спое развитие среди нас, если Джоунс и Ваггонер собьются со своего пути.

Непостижимое провидение

Здесь мы сталкиваемся с феноменом: (а) Родоначальник зла радуется отвержению послания, (б) Господь позволяет этой трагедии стать камнем преткновения для тех, кто хочет найти причину для отвержения позднего дождя.

Почему Бог избрал в качестве специальных посланников тех, кто позднее станет колебаться в вере? Почему Он позволил вестникам отклониться от истинного пути, что только утвердило оппозицию. В этой запутанной истории наверняка есть что-то особенно важное. Пути Господни неисповедимы, но это не причина, чтобы легкомысленно и с небрежностью истолковывать эти события.

Это немыслимо, чтобы Господь совершил стратегическую ошибку, выбрав Джоунса и Ваггонера, так как Он никогда не ошибается. Он не оставил этих людей прославлять Его имя против их воли; очевидно, что они были искренними, честными и смиренными христианами, когда Господь использовал их. Они не "предались обольщению мзды, как Валаам", не возлюбили "мзду неправедную" (Иуды II; 2-е Петра 2:15), не было и следа нечестности в их служении.

Вдохновенное свидетельство подсказывает ответы на наши вопросы:

(1) Джоунс и Ваггонер не "сбились с пути" из-за "крайних взглядов" относительно праведности Христа, по ушли по причине настойчивой и неразумной оппозиции братьев, к которым они были посланы Богом со светом.

(2) Елена Уайт признавала серьезность оппозиции по отношению к ним лично и к посланию, и возлагала конечную вину за их последующее падение "в большой степени" на братьев-оппозиционеров.

(3) Господь допустил это печальное событие, чтобы испытать братьев-оппозиционеров; а неудача посланников 1888 года еще раз показала, что мы находимся в состоянии неверия. Это был пример того, что Павел называл "действием заблуждения", которое Бог "послал" (разрешил), "да будут осуждены все, не веровавшие истине, но возлюбившие неправду" (2-е Фес. 1:11, 12).

Похоже, Господь позволяет нам, если мы того желаем, сомневаться в Его истине. Он не хочет, чтобы кто-то из нас получил поздний дождь до тех пор, пока мы не будем преданы Ему и Его правде всем сердцем. В этом случае проявляется Божественная ревность. Тот, кто хочет отказаться от благословения, получит для этого все возможности Но как жестока может быть эта доброта!

(4) Для достижения практических результатов следственного суда необходимо, чтобы церковь остатка, прежде чем наступит окончательная победа, узнала правду о послании и о его истории, а также дала правильную оценку служения Джоунса и Ваггонера в период 1888-96 годов.

Несколько слов о природе оппозиции

Критика возложила на посланников тяжелое бремя.

"Каким бы путем ни пошел посланник, это все равно не устроит противников правды; и они будут наживать капитал на любом недостатке, присущем манерам, привычкам или характеру сторонников правды" (RH, October 18, 1892).

"Некоторые из наших братьев..., полных ревности и злых подозрений..., всегда готовы подчеркнуть, чем они отличаются от пасторов Джоунса и Ваггонера" (Letter S24, 1892).

Джоунс и Ваггонер говорили с уверенностью и убедительно. Острое восприятие правды часто побуждало тех, кто были "всего лишь людьми", говорить подобным образом. Но эта манера проповеди была оскорбительной для человеческой природы, стремящейся найти повод, чтобы отвергнуть послание.

"Пусть ни одна дутна не жалуется на слуг Божьих, которые пришли к нам с небесным посланием. Не нужно больше выискивать и них недостатки, говоря: "Они слишком уверены, они используют слишком смелые выражения". Возможно, это так, но разве нет в этом необходимости?...

Служители, не оскорбляйте Бога, не огорчайте Святой Дух, бросая тень на поведение и манеры тех, кого Ему угодно было избрать... Он знает характер тех, кого избрал, и что только честные, твердые, решительные, глубоко чувствующие люди способны увидеть всю важность этой работы, только они могут вложить в свои проповеди такую твердость и решительность, которая сломает барьеры воздвигнутые сатаной" (ТМ 410-413).

Сам Господь наделил Своих посланников "небесными верительными грамотами". Они предали себя Христу и Его посланию, позабыв о себе. Самолюбие других было задето этим.

"Если бы лучам света, воссиявшего н Миннеаполисе, было позволено излить свою убеждающую силу на тех, кто противился ему.., то они получили бы самые ценные благословения, разочаровали бы врага и встали 6ы как мужи верные, преданные споим убеждениям. У них был бы богатый духовный опыт, но "я" сказало: "Нет". "Я" не отступило, оно боролось за полное господство" (Letter 019, 1892).

Таким образом правда была отвергнута по той же причине, но которой евреи отвергли Христа. Каифа считал Христа своим соперником, он чувствовал ревность (DA 704). Чувство Каифы но отношению к Тому, кто казался простым человеком, было выражением вражды человеческого сердца против Бога и Его праведности. Подобным образом в Миннеаполисе личности Джоунса и Ваггонера стали видимым, осязаемым камнем преткновения для тех, кто неосознанно находился во вражде с Христом. Это очевидно из следующего:

"Люди, стремящиеся к благочестию, презрели Христа в лице Его посланников. Подобно евреям, они отвергли послание Божие. Евреи говорили о Христе: "Кто это? Не Иосифов ли это сын?" Он был не тем Христом, которого ожидали. Так и сегодня, Бог выбирает в качестве посланников не тех, кого ожидают люди" (FЕ 472).

Бремя Джоунса и Ваггонера

Немногие осознают, каков был результат влияния оппозиции на молодых посланников. Вестники знали, что послание о праведности Христа было от Бога. Они знали, что поддержка Божьего Духа позволяла им смело выступать в защиту послания. И они не могли закрыть глаза На очевидный факт: наиболее решительное противодействие посланию оказывалось со стороны руководства церкви остатка, которая должна в конечном итоге победить.

Им было известно, что послание было началом громкого клича, который должен распространиться, как "огонь по жнивью", что пришло время окончания работы, когда жители других миров с глубоким интересом следят за драматическими событиями. Им также было известно, что они живут во дни очищения небесного святилища, когда, впервые за всю историю человечества неверие и неудачи древнего Иерусалима не должны были повториться. Никогда еще не возникала подобная критическая ситуация, никогда прежде небеса предоставляли большие доказательства в защиту специального послания.

Но, к их удивлению, возможность, предоставленная небом, была использована. Молодым посланникам казалось, что это окончательный провал и что Божий народ не может поверить и войти в Его покой.

Лютер, по сравнению с ними, столкнулся с меньшими трудностями. Когда римско-католическая церковь преследовала его, он, прочитал пророчества Даниила и Откровение, нашел объяснение этому отождествив папство со зверем и маленьким рогом. Это внушило ему уверенность и он сжег Папскую буллу. Но Джоунс и Ваггонер не могли обрести подобное душевное спокойствие. В пророчестве ничего не говорилось о восьмой церкви, о церкви, которая появится после Лаодикийской. А возможность отсрочки народом Божьим выполнения Его программы на сто лет не укладывалась в их сознании.

К чести Джоунса и Ваггонера следует сказать, что они не отреклись от веры в Бога. Они не стали агностиками или атеистами. До конца жизни они соблюдали субботу и оставались верными Христу. Грех их состоял в том, что они потеряли веру в церковь и в ее руководство. Они потеряли веру в покаяние церкви, которое должно произойти. Они начали сомневаться в человеческой природе; отсюда резкость Джоунса, отсюда их падение. Враг будет жестоко воздействовать на нас, чтобы мы повторили их ошибки. Но нам не следует поддававаться его искушениям!

Небольшие кустарники в долине, покой которых время от времени нарушает ласкающий ветерок, останутся невредимыми после бури, срывающей могущественные деревья, растущие на вершине горы. Пусть скажет Бог, что нет оправдания падениям Джоунса и Ваггонера, мы не будем торопиться с высказываниями, осознавая, что "мы" были причиной этого.

К. С. Льюис ничего не знал об эпизоде 1888 года, когда в рассказе "Reflection on the Psalms" написал следующие слова:

"Так же, как пожар является естественным результатом зажженной спички, брошенной в стог сена, также и обман, попытка "поставить на место", либо пренебрежительное отношение к человеку может вызвать у него вспышку негодования; то же происходит, когда вы навязываете ему искушение стать тем, кем были псалмопевцы, когда писали свои мстительные пассажи. Он может побороть искушение, а может и уступить ему... Если же этот грех в итоге развратит его, то я оказываюсь в каком-то смысле виновным в его растлении. Ведь я был искусителем" (р. 24).

Елена Уайт остро чувствовала тяжесть бремени, которое несли Джоунс и Ваггонер. В 1892 году она писала президенту Генеральной Конференции:

"Хотелось бы, чтобы все поняли, что тот же дух, который отверг Христа и свет, который мог бы рассеять нравственную тьму, существует и в наше время...

Некоторые возможно скажут: "Я не испытываю ненависти к моему брату, я не настолько плох, как те люди". Но как мало знают они свои сердца. Возможно, они считают чувства по отношению к брату, чьи мнения расходятся с его мнениями, усердием и рвением. Но эти чувства любовью никак не назовешь... Они могут из-за пустяков враждебно относиться к брату, в то время как он проповедует послание Божье людям...

Они полагают, что правы, испытывая подобные чувства к своим братьям. Выдержит ли вестник Господа оказываемое на него давление? Если да, то только потому, что Бог наделит его Своей силой, чтобы защитить правду, которую Он послал...

Но если посланники Господа, решительно отстаивающие правду, через некоторое время поддадутся искушению и тем обесславят Того, кто доверил им эту работу, то послужит ли это доказательством ошибочности послания? Нет... Грех посланника Божьего вызовет радость сатаны, и те, кто отверг послание и посланника, также возрадуются, но это ни в коей мере не снимет вину с тех, кто отверг послание Божье...

Я глубоко опечалена, потому что вижу, с какой готовностью критикуется любое слово и действие пастора Джоунса и пастора Ваггонера. С какой легкостью многие презрели все хорошее, что было сделано этими людьми за последние несколько лет, они не замечают, что Бог выбрал именно их для Своей работы. Они так и ищут повод, чтобы осудить, и их отношение к братьям, с усердием делающим доброе дело, показывает, что в их сердцах - чувство вражды и ожесточения" (Letter О 19, 1892).

Примерно в это же время она написала письмо Урия Смиту, ставя его в известность, что Джоунс и Ваггонер могут оказаться недостаточно сильными, чтобы выдержать оказываемое на них давление.

"Вполне возможно, что пастор Джоунс или Ваггонер не устоят перед искушениями врага; но если так произойдет, то это не будет доказательством того, что их весть не от Бога и что вся сделанная ими работа была ошибкой. Но если это действительно случится, то многие будут так говорить и впадут в роковое заблуждение, потому что они не руководимы Духом Божьим... Именно в таком положении окажутся многие, если кому-то из этих людей предстоит пасть; и я молюсь, чтобы братья, на которых Господь возложил бремя важной работы, смогли прославить Господа во всех обстоятельствах, и чтобы их путь с каждым шагом становился все светлее и ярче, до завершения работы" (Letter S24, 1892).

Эта информация проливает больше света на трагедию Джоунса Ваггонера, выявляя следующее:

(1) Они определенно терпели ненависть со стороны братьев, которые с готовностью критиковали "каждое слово и каждое действие", выискивали поводы для осуждения. Существовала атмосфера враждебности, отчужденности и подозрительности вплоть до 1892 года, после того как были сделаны исповеди и признания.

(2) Братья-оппозиционеры наивно думали, что подобное отношение было ревностным служением Богу, на деле же это было проявлением "того самого духа", который отказывался принять Христа.

(3) Оппозиция стала трудным и непреодолимым искушением для молодых посланников.

(4) Трагедия Джоунса и Ваггонера утвердила оппозиционеров в их презрительном отношении к посланию.

(5) Сам факт того, что посланники сбились с пути, стал "победой" для братьев-оппозиционеров и, как ни печально это признать, для сатаны. Отсюда следует, что это событие стало окончательным доказательством того, что братья-оппозиционеры в действительности так и не раскаялись в грехе, совершенном в Миннеаполисе. Их "победа" на самом деле являлась "роковым заблуждением".

Таким образом, неудача посланников подтвердила состояние нераскаянности руководства церкви Адвентистов Седьмого Дня, пасторов, администраторов и преподавателей. До сего дня пример падения посланников приводится как доказательство того, что послание 1888 года является опасным. (О такой возможности предсказывала Елена Уайт). Тем самым осуществился замысел сатаны.

(6) Успех молитв Елены Уайт о том, чтобы эти два брата выдержали испытание, зависел от отношения оппозиционеров к ним.

В 1893 году Е. Уайт написала делегатам, собравшимся на сессии Генеральной Конференции, об истинной причине падения, которая может произойти с вестниками:

"Вдохновение, посылаемое небом, не делает человека подозрительным, постоянно ожидающим и с радостью использующим любой повод для доказательства того, что эти братья, отличающиеся от нас несколько иным толкованием Писания, не крепки в вере. Существует опасность, что такой путь приведет именно к ожидаемому результату, и вина в огромной степени падет на тех кто ожидает, что совершится грех...

Оппозиция в наших собственных рядах поставила перед посланниками Господа тяжелую задачу, полную душевных страданий, так как им приходится преодолевать трудности и препятствия, существование которых не было необходимым... Любовь и доверие - вот та моральная сила, которая могла бы объединить наши церкви и обеспечить гармонию в наших действиях, но холод и недоверие внесли в нашу среду разобщенность, лишившую нас силы" (Letter, January 6, 1893; GCB 1893, pp.419-421).

"Тяжелая задача, полная душевных страданий", "подозрения", "равнодушие одних и оппозиционность других", выискивающих доказательства, что они "не крепки в вере", и произвели "тот самый результат", которого ждали, - их падение. Для точного, честного, вдохновенного определения оппозиции лучше всего подходит слово "гонения".

"Мы не должны позволить завладеть нами духу гонений против тех, кто несет миру послание Божие. Это наиболее ужасная черта, не имеющая ничего общего с христианством, которая проявилась в нашей среде со времени собрания в Миннеаполисе" (GCB 1893, р.184).

Однако гонения нельзя считать причиной, оправдывающей падение Джоунса и Ваггонера.

Сложная ситуация, в которой оказался А.Т. Джоунс

Письмо, написанное Еленой Уайт Джоунсу в 1893 году, часто цитируется как доказательство того, что в его проповедях были крайние взгляды. Цитаты, вырванные из контекста, создают впечатление, что весть о праведности через веру была несбалансированной.

Елена Уайт не опубликовала это письмо. Если бы она была убеждена, что послание Джоунса действительно несбалансированно и содержит противоречивые мнения, она бы без колебаний напечатала письмо в "Testimonies".

В письме из далекой Австралии она рассказывает Джоунсу о том, что было открыто ей "во сне". Она не прочитала об этом ни в одной из публикаций. Джоунс был склонен, сопротивляясь постоянному давлению оппозиции, преувеличивать свою собственную значимость. В ее письме критиковалась эта склонность. Он же воспользовался ее советом и принял его со смирением. В письме утверждалось, что его взгляды на праведность через веру были правильны, ибо "вы смотрите на эти вещи так же, как и я", здесь же она говорила о его взглядах как о "нашей позиции".

"Мне снилось, что Вы проповедовали о вере и наделяемой праведности Христа. Вы несколько раз повторили, что дела не имеют никакого значения, что нет никаких условий. Вопрос был представлен таким образом, что это смутит братьев ... Вы используете для этого слишком сильные выражения... Я знаю, что вы хотите этим сказать, но на многие умы это производит неправильное впечатление... Практически, Вы смотрите на эти вещи так же, как и я, однако ваши выражения смущают многих...Эти сильные формулировки в отношении дел никогда не укрепят наши позиции. Такие выражения ослабляют нашу позицию, потому что многие посчитают вас экстремистом и не воспримут знания, которыми вы можете поделиться... Пусть ни одно из ваших выражений не послужит камнем преткновения для душ, неокрепших в вере... Помните о том, что многие внимательно следят за вами и ждут, когда Вы споткнетесь и упадете" (Letter 44, 1893, April 9; 1 SM 377-39).

Внимательное исследование работ и проповедей, оставленных Джоунсом, не выявляет ни одного примера высказываний типа: "дела ничего не значат" или других высказываний экстремистского характера по данной теме. Можно предположить, что подобные высказывания по поводу веры и дел можно найти в его двадцати четырех проповедях на сессии 1893 года, которая окончила свою работу незадолго до того, как Елена Уайт написала это письмо; однако мы обнаруживаем там прямо противоположное: выразительные формулировки, представляющие правильный баланс веры и дел, поощряющие дела как не только необходимые, но и как плод истинной веры в Христа.

К моменту закрытия сессии 1893 года Джоунс был сбит с толку влиянием Прескотта и уверовал в его утверждение, что громкому кличу невозможно помешать. Так была подготовлена почва для фанатизма Анны Раис Фи.