Свобода во Христе - христианский проект

Четверг, 22 февраля 2024
17. В Его молитвенной жизни PDF Печать Email

 

"А утром, встав весьма рано, вышел и удалился в пустынное место, и там молился" (Мар. 1,35). "Он сказал им: пойдите вы одни в пустынное место и отдохните немного" (Мар. 6,31).

И в своей сокровенной молитвенной жизни мой Спаситель - пример для меня. Он не мог сохранять небесную жизнь в своей душе без постоянного уединения для общения со своим Отцом. Не иначе обстоит дело и с небесной жизнью в нас. Тут та же потребность в уединении, та же потребность в общении с источником жизни - Отцом небесным, и притом не только в отдельные моменты.

Это имело место в начале открытой деятельности Иисуса и так занимало внимание его учеников, что они описали его. После трудового дня в Капернауме (ст. 21-32) вечером толпа вокруг Иисуса становится все больше. Весь город собирается к дверям: он исцеляет больных и изгоняет бесов. Уже поздно, они отходят ко сну, и при таком множестве дел не находится времени для тихой молитвы. Встав рано поутру, ученики не находят Иисуса: в ночной тиши Он вышел, чтобы уединиться в пустыне, и ученики находят Его еще молящимся.

Зачем моему Спасителю были необходимы точные часы молитвы? Разве не знал Он блаженства тех воззваний души к Богу среди неотложных дел? Разве не жил в Нем Отец? Разве не было непрерывным Его общение с Отцом? Конечно, эта сокровенная жизнь была Его наследием, но пока Он был подчинен законам нашего человечества, эта жизнь требовала постоянного освежения и обновления у источника жизни.

Это была жизнь зависимости; именно потому, что он

был здоров и силен, он не мог обходиться без постоянного прямого общения с Отцом, с Которым и в Котором Он находил Свою сущность и Свое блаженство.

Какая наука для каждого христианина! Слишком большое общение с людьми распыляет, и оно опасно для нашей духовной жизни. Мы попадаем, таким образом, под влияние видимого и временного. Ничто не может заменить нам сокровенного и прямого общения с Богом. Даже служение Господу и Его любви утомительно: не источая постоянно обновляемой свыше силы, мы не можем быть источникам благословения для других. По манне с неба мы видим, что то, что исходит с небес, на земле недолговечно, но день за днем должно обновляться, и это действительно еще и сегодня. Сам Иисус Христос учит нас этому: каждый день Ему необходимо было время для сокровенного общения с Отцом. Его жизни подобна и моя жизнь, с Ним сокрытая в Боге: и мне необходимо время, чтобы день за днем питаться с небес. Лишь с небес может исходить сила для небесной жизни на земле.

Каковой же была молитва нашего Господа в эти часы уединения? Услышать бы Его, дабы научиться молиться. Благодарение Богу, что некоторые Его молитвы сохранены для нас, дабы и мы в этом могли научиться следовать Его святому примеру. В первосвященнической молитве (Иоан. 17) мы видим Его в разговоре с Отцом, как бы в глубокой тиши небес; на несколько часов позже, в молитве в Гефсиманском саду, мы видим Его взывающим к Богу из глубины скорби и тьмы. В этих двух молитвах нашей душе представляется высота и глубина молитвенного общения между Отцом и Сыном.

В обеих молитвах мы видим, как Он обращается к Богу. Каждый раз Он говорит: "Отче! Отче мой!" В одном этом слове заключена тайна истинной молитвы. Господь знал, что Он есть Сын, и что Отец любит Его.

Говоря это слово, Он ставил себя во свет милостивого лика Отца. В молитвах для Него было крайней необходимостью и наибольшим благословением наслаждаться полнотой любви Отца. Оно таково и в нашей молитве. Заключаться это должно главным образом в том, чтобы в святой тиши и в исполненном веры поклонении Богу ожидать, пока Он не откроется нам и чрез свой Дух не уверит нас в том, что является нашим любвеобильным Отцом и что мы богоугодны Ему. Кто не находит времени на ожидание в молитве такого состояния, когда со спокойной душой и с полным сознанием заключенного в этом слове смысла может сказать "Авва Отче", тот теряет основное благословение молитвы. В молитве укрепляется свидетельство духа, что мы являемся детьми Божьими, что Отец близок нам и благосклонен к нам. "Если сердце наше не осуждает нас, то мы имеем дерзновение к Богу, и, чего ни попросим, получим от Него, потому что соблюдаем заповеди Его и делаем благоугодное пред Ним".

Из обеих молитв явствует также, что желанием Иисуса было прославить Отца. Он говорит: "Я прославил Тебя; прославь Сына Твоего, да и Сын Твой прославит Тебя!" Без сомнений, это было духом всех его молитв, полной отдачей Им самого себя, дабы только жить по воле и для прославления Отца. Что Он просил, то имело лишь одну цель: "дабы прославить Бога". И в этом Он наш пример. Должно быть только желание, чтобы каждая наша молитва была проникнута мыслью: "Отец, благослови свое дитя, прославь свою благодать на мне, дабы твое дитя опять прославило Тебя". Во всей вселенной все должно возвещать славу Божию. Исполненный такими мыслями христианин, в молитве изливающий это до тех пор, пока не исполнится ими, получит истинную божественную силу.

Наш Господь говорит далее: "И если чего попросите у Отца во имя Мое, то сделаю, да прославится Отец в Сыне", и указывает этим на то, что и теперь, когда Он возвышен до Бога, Его целью остается прославление Отца. О моя душа, поучись у своего Спасителя: прежде, чем изольешь свои просьбы в молитве пред Богом, самого себя положи жертвой на алтарь с единственной просьбой, чтобы Отец прославился через тебя.

Так ты найдешь твердую основу для своих молитв. У тебя появится как сильное желание, так и полная воля просить Отца во всем уподобить тебя образу Иисуса, всем чертам его существа, дабы этим прославился Он. Ты поймешь, как душа только в постоянно обновляемой молитве может отдаться своему Богу, дабы Он сотворил в ней все для Его прославления. Иисус настолько полно отдался делу прославления своего Отца, что был достоин быть нашим посредником и мог в своих первосвященнеческих молитвах просить столь высокое благословение для своего народа. Учись, как Иисус, искать в молитвах только Божию славу; тогда ты сможешь и ходатайствовать: ты будешь приносить к кресту благодати не только свои нужды, но и серьезную молитву праведника, которой многое под силу стоять за других. Просьба, которую Спаситель в "Отче наш" вложил в наши уста: "Да будет воля твоя!". Он, во всем уравненный со своими братьями, опять взял ее с наших уст и в Гефсимании добавил к своим, дабы мы, благодаря Его примирению и ходатайству, опять приняли ее и теперь, равно как Он, приносили бы ее к Отцу. И ты в своем священном ходатайстве, от которого зависят единство и благо церкви, равно как и спасение грешников, уподобишься Иисусу.

Дитя Божие, у которого в каждой молитве в центре внимания прославление Отца, получит и силу для Гефсиманской молитвы, когда Бог призовет его к этому.

Каждая молитва Иисуса была, собственно, ходатайством, так как Он самого себя отдал за нас. Все, что Он испросил и получил, было для нашего блага; каждая Его просьба исходила из духа самопожертвования. Если мы самих себя отдадим Богу за наших ближних, тогда мы, как Иисус, познаем, что полная отдача самого себя в каждой молитве нашей каждодневной жизни - всего лишь подготовка к тем одиноким часам душевной борьбы, когда мы совсем другим образом, может быть, с горькими слезами и сердечной болью, будем призваны предать смерти свою волю. Кто научился первому, тот, конечно, получит силу и для второго.

Омой брат, моя сестра! Если мы хотим уподобиться Иисусу, тогда прежде всего мы должны рассмотреть Его молитву в пустыне. Тут ключ к Его дивной жизни. Что Он делал и говорил с людьми, то прежде Он обговаривал и переживал с Отцом. В общении с Ним помазание святым Духом обновлялось каждодневно. Кто хочет уподобить Иисусу самого себя и всю свою жизнь, тот должен начать со следования Ему в одиночестве. Он должен ежедневно находить время для пребывания наедине с Отцом, даже за счет ночного отдыха, занятий или общения с друзьями. Тогда он почувствует себя непреодолимо вовлеченным в святилище и не покинет его, пока вновь не удостоверится в своем уделе у Господа. Будь то в комнате за закрытыми дверями или в одиночестве пустыни, мы должны каждый день находить нашего Бога и обновлять наше общение с Ним. Если Иисус нуждался в этом, то тем более мы!

Чем это было для него, тем это будет и для нас. Чем это было Ему, нам станет ясно, если мы посмотрим, что происходило при его крещении: "Когда же крестился весь народ, и Иисус крестившись молился, - отверзлось небо, и Дух Святой нисшел на Него в телесном виде, как голубь, и был глас с небес, глаголющий: Ты Сын Мой возлюбленный; в Тебе мое благоволение!" Да, в этом будет заключаться и для нас благословение молитвы: в отверзшихся небесах, в крещении Духом, в гласе Отца и в святом заверении в Его любви и в Его благоволении. Как для Иисуса, так и для нас! Свыше, свыше должно все снисходить, как ответ на наши молитвы.

Иисусуподобная сокровенная молитва проявится наяву Иисусуподобной жизнью. Будем же применять в молитвах наше дивное право свободного доступа к Отцу и Иисусуподобную смелость.

О мой Господь, Ты призвал меня к тому, чтобы я во всем уподобился Тебе, и я хочу последовать за Тобой. Ежедневно я хочу искать Твои следы, дабы Ты вел меня своим путем. Сегодня я нашел их, мокрые от ночной росы, на пути в пустыню. Там я увидел Тебя, часами преклоненного перед Отцом; там я услышал Твою молитву. Ты полностью отдал себя на прославление Отца, и от Отца Ты все испрашивал, ожидал и получал. Я прошу Тебя запечатлеть этот дивный образ глубоко в моей душе, как Ты, мой Спаситель, вставал рано поутру, дабы пообщаться со своим Отцом и испросить и получить от Него все необходимое для жизни и работы.

О мой Господь, кто я такой, что Ты позволяешь мне внимать Твоему голосу? Кто я такой, что Ты призываешь меня молиться, как это делал Ты? Дорогой Спаситель, из глубины души я взываю к Тебе: пробуди во мне такое сильное желание сокровенного молитвенного общения с Отцом. Сотвори во мне глубокое убеждение, что, как у Тебя, так и у меня божественная жизнь не сможет достичь полной зрелости без частого, тихого общения с моим небесным Отцом, при котором моя душа живет в свете Его лица. Пусть это убеждение пробудит во мне такое страстное желание, чтобы я не успокоился, пока моя душа не будет каждодневно наполняться вновь потоками божественной любви. О Ты, мой пример и мой ходатай, научи меня молиться, как молился Ты! Аминь!