Свобода во Христе - христианский проект

Воскресенье, 14 июля 2024
Главная Весть 1888 года История субботы и первого дня недели Д. Н. Эндрюс ГЛАВА 10 СУББОТА ПОСЛЕДНЕЙ ИЗ СЕМИДЕСЯТИ НЕДЕЛЬ
ГЛАВА 10 СУББОТА ПОСЛЕДНЕЙ ИЗ СЕМИДЕСЯТИ НЕДЕЛЬ PDF Печать E-mail

Миссия Спасителя – Его качества как Судьи в соблюдении субботы – Положение этого постановления при Его пришествии – Спаситель в Назарете – В Капернауме – Его беседа на поле – Случай с человеком с иссохшей рукой – Спаситель среди своих родственников – Случай с расслабленным – С человеком, слепым от рождения – С женщиной,  связанной Сатаной – С человеком, у которого была водянка – Предмет учения и чудес нашего Господа относительно субботы – Нечестность многих антисубботников – Исследование отрывка Мф. 24:20 – Суббота не упразднена при распятии Христа – Четвертая заповедь после этого события – Суббота не изменена при воскресении Христа – Исследование Ин. 20:26 – Деян. 2:1,2 – Искупление не является доводом в пользу изменения субботы – Исследование Пс. 117:22-24 – Неупраздненная и неизмененная суббота уже в завершении семидесяти недель.

По исполнении времени Бог послал своего Сына стать Спасителем мира. Он, исполнивший эту миссию бесконечной милости, был и Сыном Божьим, и сыном человеческим. Он был с Отцом прежде создания мира, и через Него Бог создал всё.  Суббота была установлена в конце этого великого дела как памятник, чтобы соблюдать ее в вечное воспоминание, и Сын Божий, которым всё было создано, не мог быть ни кем иным, как прекрасным Судьей ее истинного замысла и надлежащего соблюдения. Шестьдесят девять недель из пророчества Даниила исполнились, Искупитель начал проповедовать, говоря: «Исполнилось время».  Служение Спасителя происходило во время, когда суббота Господня, имевшая добрый замысел, была крайне искажена учением еврейских законников. Как мы видели в предыдущих главах, она больше не была для людей источником отдыха и наслаждения, но причиной страданий и огорчений. Она была перегружена традициями законников, пока ее милосердный и благотворный замысел совершенно не скрылся под мусором человеческих измышлений. После вавилонского пленения для сатаны стало неосуществимым даже посредством кровавых приказов заставить евреев оставить субботу и осквернить ее, как это было прежде, и он использовал знающих закон, чтобы исказить ее, чтобы ее истинная сущность совершенно изменилась, а соблюдение было не таким, как это было бы угодно Господу. Мы обнаружим, что Спаситель никогда не упускал возможность исправить их ложные понятия относительно субботы; и что Он выбрал, с очевидным намерением, субботу как день, в который решил совершить много дел милосердия. Будет замечено, что немалая часть Его учения на протяжении всего Его служения была посвящена определению того, что было законно в субботу, это исключительный факт для предоставления объяснений тем, кто думает, что Он намеревался ее упразднить. О начале служения нашего Господа мы читаем следующее:

«И возвратился Иисус в силе духа в Галилею; и разнеслась молва о Нем по всей окрестной стране. Он учил в синагогах их, и от всех был прославляем. И пришел в Назарет, где был воспитан, и вошел, по обыкновению Своему, в день субботний в синагогу, и встал читать».

Такова была позиция Спасителя относительно субботы. Очевидно, что так Он намеревался показать Свое отношение к этому дню; не было необходимости делать этого, чтобы набрать последователей, поскольку великое множество людей было всегда готово следовать за Ним. Его свидетельство было отвергнуто, и наш Господь покинул Назарет, направившись в Капернаум. Священный историк описывает это так:

«Но Он, пройдя посреди них, удалился. И пришел в Капернаум, город Галилейский, и учил их в дни субботние. И дивились учению Его, ибо слово Его было со властью. Был в синагоге человек, имевший нечистого духа бесовского, и он закричал громким голосом: оставь; что Тебе до нас, Иисус Назарянин? Ты пришел погубить нас; знаю Тебя, кто Ты, Святый Божий. Иисус запретил ему, сказав: замолчи и выйди из него. И бес, повергнув его посреди [синагоги], вышел из него, нимало не повредив ему. И напал на всех ужас, и рассуждали между собою: что это значит, что Он со властью и силою повелевает нечистым духам, и они выходят? И разнесся слух о Нем по всем окрестным местам. Выйдя из синагоги, Он вошел в дом Симона; теща же Симонова была одержима сильною горячкою; и просили Его о ней. Подойдя к ней, Он запретил горячке; и оставила ее. Она тотчас встала и служила им».

Это первое упоминание о чудесах, которые совершил Спаситель в субботу. Но строгость еврейских представлений относительно субботы заметна в том, что они ждали до заката, то есть, пока не пройдет суббота,  прежде чем приводили больных для исцеления. Таким образом:

«При наступлении же вечера, когда заходило солнце, приносили к Нему всех больных и бесноватых. И весь город собрался к дверям. И Он исцелил многих, страдавших различными болезнями; изгнал многих бесов, и не позволял бесам говорить, что они знают, что Он Христос».

Следующее упоминание о субботе является особенно интересным:

«В то время проходил Иисус в субботу засеянными полями; ученики же Его взалкали и начали срывать колосья и есть. Фарисеи, увидев это, сказали Ему: вот, ученики Твои делают, чего не должно делать в субботу. Он же сказал им: разве вы не читали, что сделал Давид, когда взалкал сам и бывшие с ним? как он вошел в дом Божий и ел хлебы предложения, которых не должно было есть ни ему, ни бывшим с ним, а только одним священникам? Или не читали ли вы в законе, что в субботы священники в храме нарушают субботу, однако невиновны? Но говорю вам, что здесь Тот, Кто больше храма; если бы вы знали, что значит: милости хочу, а не жертвы, то не осудили бы невиновных, ибо Сын Человеческий есть господин и субботы».

В параллельном стихе евангелия от Марка есть важное дополнение к заключению, приведенному Матфеем:

«И сказал им: суббота для человека, а не человек для субботы; посему Сын Человеческий есть господин и субботы».

При исследовании данного текста необходимо отметить следующее:

1. Рассматриваемый вопрос не касался акта прохождения через поле в субботу; поскольку сами фарисеи были там; и, следовательно, можно прийти к заключению, что Спаситель и те, кто были с Ним, либо шли в синагогу или возвращались оттуда.

2. Вопрос, поднятый фарисеями, заключался в следующем: Нарушили ли ученики закон о субботе, удовлетворив свой голод колосьями с поля, через которое они шли.

3. Тот, кому был задан этот вопрос, был в высшей степени компетентным, чтобы ответить на него; поскольку Он был с Отцом, когда суббота была сотворена.

4. Спасителю нравилось обращаться к Писанию для решения вопросов вместо того, чтобы утверждать Свое собственное независимое суждение.

5. Первый случай, на который ссылается Спаситель, был особенно уместным. Давид, спасающийся бегством, пришел в дом Божий в субботу  и ел хлебы предложения, чтобы удовлетворить свой голод. Ученики, чтобы облегчить свой голод, просто поели зерна с поля, через которое они проходили в субботу. Если Давид поступил правильно, хоть в своей нужде ел то, что принадлежало лишь священникам, то сколь ничтожной была вина учеников, которые даже не нарушили предписание церемониального закона? Об учениках, которые утолили голод в субботу, даже говорить не стоит. Следующий пример нашего Господа показывает, какой труд в субботу не является нарушением ее святости.

6. И далее идет упоминание о священниках. Тот же Бог, который сказал в четвертой заповеди, «шесть дней работай и делай всякие дела ТВОИ», повелел, чтобы священники в субботу совершали определенные жертвоприношения в Его храме.  Здесь не было противоречия; поскольку труд, выполнявшийся священниками в субботу, был просто обслуживанием назначенного поклонения Богу в Его храме и не являлся тем, что заповедь называет «ДЕЛА ТВОИ». Такой труд, по суждению Спасителя, не является и никогда не был нарушением субботы.

7. Но весьма вероятно, что Спаситель, ссылаясь на священников, делал акцент не только лишь на жертвоприношениях, которые они совершали в субботу, но и на том факте, что от них требовалось приготавливать новые хлебы предложения каждую субботу; в то время как старый должен был быть убран и съеден ими.  Это представление вопроса соединяет пример священников и пример Давида, и оба в удивительной степени терпимы к действиям учеников. Слова Господа можно понять, когда Он добавляет: «Но говорю вам, что здесь Тот, Кто больше храма». Итак, если хлебы предложения нужно было готовить каждую субботу для использования служившими в храме, и те, кто это делал, были невиновны, то насколько свободными от вины должны быть ученики, которые, следуя за ТЕМ, Кто был больше храма, но не имел, где преклонить голову, поели зерна с колосьев в субботу, чтобы утолить свой голод?

8. Но наш Господь затем утверждает принцип, заслуживающий самого серьезного внимания. Так Он добавляет: «Если бы вы знали, что значит: милости хочу, а не жертвы, то не осудили бы невиновных». Всевышний определил работу, которую следовало выполнять в субботу, чтобы Ему могли совершаться жертвоприношения. Но Христос, через авторитет Священного Писания,  подтверждает, что есть нечто намного более приятное для Бога, чем жертвы, и это - дела милосердия. Если Бог не вменял греха тем, кто совершал жертвоприношения в субботу, насколько же меньше будет Он осуждать тех, кто проявляет милосердие и приносит облегчение несчастным и страждущим в этот день.

9. На этом Спаситель все еще не прекращает данную тему; поскольку он добавляет: «Суббота для человека, а не человек для субботы; посему Сын Человеческий есть господин и субботы». Если была создана суббота, значит, на то были определенные причины и этому предшествовали определенные действия. Что это были за действия? (1) Бог в седьмой день отдыхал. Это сделало седьмой день – днем отдыха или субботой Господней. (2) Он благословил этот день; так он стал Его святым днем. (3) Он освятил его или отделил его для святого использования; так его соблюдение стало частью обязанностей человека перед Богом. Должно быть время для выполнения этих действий. И на этот счет нет никакого повода для противоречий. Они не были совершены ни на Синае, ни в пустыне Син, но в раю. И это подтверждается тем, что говорит здесь Спаситель: «Суббота для ЧЕЛОВЕКА, а не ЧЕЛОВЕК для субботы»;  таким образом, обращая наш взор к человеку Адаму, который был сотворен из праха земного, и подтверждая, что суббота была создана для него; заключительное свидетельство, что суббота берет начало в раю. Этот факт удачно проиллюстрирован заявлением апостола Павла: «И не муж создан для жены, но жена для мужа».  Нет смысла отрицать, что в этом высказывании есть прямая ссылка на сотворение Адама и Евы. Если мы затем возвратимся к началу, то обнаружим, что Адам был сотворен из праха земного, а Ева была сотворена из его части, как и суббота была создана из седьмого дня.  Таким образом, Спаситель, чтобы завершить решение вопроса, поднятого фарисеями, возвращается к началу происхождения субботы, также Он говорит и об институте брака, когда те же люди предложили Ему высказать свое мнение о законности развода.  Его осторожное заявление о замысле субботы и брака, вместе с историей их происхождения, в одном случае осуждает извращение субботы ими, в другом, когда речь идет о браке, является самым сильным доказательством в пользу святости каждого из этих постановлений. Аргумент в одном случае таков: вначале Бог создал одного человека и одну женщину, задумав, что они ДВОЕ станут одной плотью. Поэтому была создана возможность заключать брак, чтобы объединить двух людей, и этот союз должен быть священным и нерасторжимым. Таков был смысл Его довода в вопросе развода. В отношении субботы Его аргумент заключался в следующем: Бог создал субботу для человека, которого он сотворил из праха земного; и, будучи созданной для непадшего рода, она может быть только милосердным и благотворным постановлением. Тот, Кто создал субботу для человека до грехопадения, видел то, в чем человек нуждался, и знал, как восполнить эту нужду. Она была дана ему для отдыха, восстановления сил и наслаждения; свойство, которое она в себе сохранила после грехопадения,  но которое евреи полностью потеряли из виду.  И таким образом наш Господь раскрывает Свою волю в отношении субботы. Он тщательно определяет, какой труд не является нарушением субботы; и делает Он это через примеры из Ветхого Завета, чтобы было очевидно, что Он не вносит изменения в постановление; он отбрасывает их строгие и обременительные традиции в отношении субботы, прослеживая историю ее зарождения в раю; и таким образом освобождая субботу от бремени фарисейской строгости, Он оставляет ее стоять на райском основании, утвержденном властью и святостью того закона, который Он пришел не нарушить, но превознести и почтить.

10. Таким образом, сняв с субботы все фарисейские дополнения, наш Господь в заключение делает заявление: «Посему Сын Человеческий есть господин и субботы». (1) Это не умаляло субботу, но было честью, что единородный Сын Божий провозгласил Себя ее Господином. (2) Так же, то, что Он был Господином субботы не умаляло личность Избавителя; со всеми высокими почестями, имеющими отношение к Его служению как Мессии, Он - ТАКЖЕ и Господин субботы. Или, если мы берем выражение в английском переводе, Он – «Господин ДАЖЕ субботы», это подразумевает, что обладать таким титулом – немалая честь. (3) Этот титул подразумевает, что Мессия должен быть защитником, а не нарушителем субботы. И, следовательно, Он был вправе принять решение о надлежащей природе соблюдения субботы. Этими памятными словами заканчивается первое высказывание нашего Господа относительно субботы.

С этого времени фарисеи наблюдали за Спасителем, чтобы обвинить Его в нарушении субботы. Следующий пример покажет испорченность их сердец, степень извращения субботы, насущную необходимость в авторитетном исправлении их ложного учения в отношении нее и том, чтобы Спаситель защитил субботу:

«И, отойдя оттуда, вошел Он в синагогу их. И вот, там был человек, имеющий сухую руку. И спросили Иисуса, чтобы обвинить Его: можно ли исцелять в субботы? Он же сказал им: кто из вас, имея одну овцу, если она в субботу упадет в яму, не возьмет ее и не вытащит? Сколько же лучше человек овцы! Итак можно в субботы делать добро. Тогда говорит человеку тому: протяни руку твою. И он протянул, и стала она здорова, как другая. Фарисеи же, выйдя, имели совещание против Него, как бы погубить Его».

Какое действие вызвало такое безумие среди фарисеев? Со стороны Спасителя было слово; со стороны человека – акт протягивания руки. Закон о субботе запрещает какое-то из этих действий? Никто не может утверждать такого. Но Спаситель публично нарушил ту традицию фарисеев, которая запрещала совершать что-либо для лечения больного в субботу. Насколько же было необходимо отбросить эту неправильную традицию, если сама суббота предназначалась для человека? Но фарисеи были переполнены таким безумием, что вышли из синагоги и совещались, как бы погубить Спасителя. Хотя Иисус лишь действовал в интересах субботы, упраздняя традиции, которыми они извратили ее.

После этого наш Господь возвратился в свою землю, и далее мы читаем о Нем:

«Когда наступила суббота, Он начал учить в синагоге; и многие слышавшие с изумлением говорили: откуда у Него это? что за премудрость дана Ему, и как такие чудеса совершаются руками Его?».

Вскоре после этого мы видим Спасителя в Иерусалиме, и в субботу было совершено следующее чудо:

«Тут был человек, находившийся в болезни тридцать восемь лет. Иисус, увидев его лежащего и узнав, что он лежит уже долгое время, говорит ему: хочешь ли быть здоров? Больной отвечал Ему: так, Господи; но не имею человека, который опустил бы меня в купальню, когда возмутится вода; когда же я прихожу, другой уже сходит прежде меня. Иисус говорит ему: встань, возьми постель твою и ходи. И он тотчас выздоровел, и взял постель свою и пошел. Было же это в день субботний. Посему Иудеи говорили исцеленному: сегодня суббота; не должно тебе брать постели. Он отвечал им: Кто меня исцелил, Тот мне сказал: возьми постель твою и ходи. Его спросили: кто Тот Человек, Который сказал тебе: возьми постель твою и ходи? Исцеленный же не знал, кто Он, ибо Иисус скрылся в народе, бывшем на том месте. Потом Иисус встретил его в храме и сказал ему: вот, ты выздоровел; не греши больше, чтобы не случилось с тобою чего хуже. Человек сей пошел и объявил Иудеям, что исцеливший его есть Иисус. И стали Иудеи гнать Иисуса и искали убить Его за то, что Он делал такие [дела] в субботу. Иисус же говорил им: Отец Мой доныне делает, и Я делаю. И еще более искали убить Его Иудеи за то, что Он не только нарушал субботу, но и Отцем Своим называл Бога, делая Себя равным Богу».

В этом случае нашего Господа обвиняют в двух преступлениях: 1. Он нарушил субботу. 2. Он сделал Себя равным Богу. Первое обвинение основано на следующих фактах: (1) Своим словом он излечил расслабленного человека. Но это не было нарушением закона Божьего; это лишь ликвидировало традицию, которая запрещала делать что-либо, чтобы лечить болезни в субботу. (2) Он повелел человеку нести его постель. Но как ноша это было простым пустяком,  ровно как плащ или циновка, задумка была в том, чтобы показать реальность его исцеления и, таким образом, прославить Господина субботы, исцелившего его. Кроме того, это не было таким бременем, какое Священное Писание запрещало носить в субботу.  (3) Иисус объяснил Свои действия, сравнив это исцеление с тем трудом, который Его Отец свершал ДО НАСТОЯЩЕГО ВРЕМЕНИ, то есть, от начала сотворения. С момента освящения субботы в раю, Отец всегда, даже в субботу, продолжал являть дела милосердия по отношению к человечеству, благодаря которым был сохранен человеческий род. Эти действия Отца имели точно такую же природу, как и то, что теперь сделал Иисус. Это совсем не говорит о том, что до настоящего времени Отец небрежно относился к субботе, поскольку Он торжественно предписал ее соблюдение в законе и пророках;  и поскольку наш Спаситель абсолютно недвусмысленно признавал их авторитет,  не было никаких причин обвинять Его в пренебрежении субботой, когда Он лишь следовал примеру Отца от начала. Ответ Спасителя на эти два обвинения устранит все затруднения:

«На это Иисус сказал: истинно, истинно говорю вам: Сын ничего не может творить Сам от Себя, если не увидит Отца творящего: ибо, что творит Он, то и Сын творит также».

Этот ответ содержит два ключевых момента: 1. Он следовал примеру Своего Отца, Который всегда раскрывал Ему все Свои свершения; и, следовательно, поскольку Он делал лишь то, что было угодно Отцу, Он никак не связан со свержением субботы. 2. Смиренная покорность в Его ответе – «Сын ничего не может творить Сам от Себя, если не увидит Отца творящего» - Он показал необоснованность их обвинения в тщеславии. Таким образом, у них не осталось шансов Ему что-либо еще возразить.

Через несколько месяцев после этого на обсуждение попался такой же случай исцеления:

«Иисус, продолжая речь, сказал им: одно дело сделал Я, и все вы дивитесь. Моисей дал вам обрезание - хотя оно не от Моисея, но от отцов, - и в субботу вы обрезываете человека. Если в субботу принимает человек обрезание, чтобы не был нарушен закон Моисеев, - на Меня ли негодуете за то, что Я всего человека исцелил в субботу?»

В данном тексте содержится второй ответ нашего Господа относительно исцеления расслабленного в субботу. В Своем первом ответе Он основывал защиту на том факте, что то, что Он совершил, было точно тем же, что Его Отец делал до настоящего времени, то есть, от начала мира; это подразумевает, что суббота существовала уже тогда, иначе пример Отца не был бы существенным. В данном же Им втором ответе, содержится похожий аргумент относительно происхождения субботы. На сей раз Он опирается на факт, что Его акт исцеления нарушил субботу не больше, чем это делает акт обрезания в субботу. Но если обрезание, которое было предписано во времена Авраама, было более древним, чем суббота – а так бы и было, если бы суббота брала свое начало в пустыне Син – то в этом сравнении было бы несоответствие; поскольку обрезание было бы в приоритете как более древнее постановление. Получается, было бы правильно говорить о том, что более недавнее постановление не нарушает древнее; и наоборот, неправильно, что древнее постановление не нарушает недавнее. В данных словах подразумевается, что суббота была древнее обрезания; иными словами, существовала до времен Авраама. Эти два ответа Спасителя определенно находятся в гармонии со свидетельством священных авторов о том, что суббота берет начало от освящения дня отдыха Господа в Эдеме.

Что такого сделал Спаситель, чтобы ненависть еврейского народа к Нему была бы обоснованной? Он одним словом исцелил человека в субботу, который был расслабленным тридцать восемьдесят лет. Разве это действие не соответствовало субботнему постановлению? Наш Господь урегулировал этот вопрос вескими и не вызывающими возражения аргументами  не только лишь в этом случае, но и в ранее отмеченных, а также в тех, которые будут упоминаться далее. Если бы Он оставил человека в его бессилии лишь потому, что это было в субботу, в то время, когда одно слово могло излечить его, Он опозорил бы субботу и бросил бы тень на ее Автора. Мы обнаружим, что Господин субботы все еще совершает труд в ее пользу, чтобы избавить ее от рук тех, кто крайне извратил ее; это был бы совершенно бесполезный труд, если бы Он замыслил прибить это постановление ко кресту.

Следующий случай, который будет отмечен, свидетельствует о человеке, слепом от рождения. Иисус, увидев его, сказал:

«Мне должно делать дела Пославшего Меня, доколе есть день; приходит ночь, когда никто не может делать. Доколе Я в мире, Я свет миру. Сказав это, Он плюнул на землю, сделал брение из плюновения и помазал брением глаза слепому, и сказал ему: пойди, умойся в купальне Силоам, что значит: посланный. Он пошел и умылся, и пришел зрячим... А была суббота, когда Иисус сделал брение и отверз ему очи».

Вот запись о еще одном милосердном поступке нашего Господа в день субботний. Он увидел человека слепого от рождения; исполненный сострадания к нему, Он увлажнил глину, помазал его глаза и послал его в купальню умыться; и когда он умылся – прозрел. Это действие было достойно субботы и ее Господина: и увидеть в этом даже малейшее нарушение субботы способны лишь противники субботы, как и враги ее Господина. После этого мы читаем следующее:

«В одной из синагог учил Он в субботу. Там была женщина, восемнадцать лет имевшая духа немощи: она была скорчена и не могла выпрямиться. Иисус, увидев ее, подозвал и сказал ей: женщина! ты освобождаешься от недуга твоего. И возложил на нее руки, и она тотчас выпрямилась и стала славить Бога. При этом начальник синагоги, негодуя, что Иисус исцелил в субботу, сказал народу: есть шесть дней, в которые должно делать; в те и приходите исцеляться, а не в день субботний. Господь сказал ему в ответ: лицемер! не отвязывает ли каждый из вас вола своего или осла от яслей в субботу и не ведет ли поить? сию же дочь Авраамову, которую связал сатана вот уже восемнадцать лет, не надлежало ли освободить от уз сих в день субботний? И когда говорил Он это, все противившиеся Ему стыдились; и весь народ радовался о всех славных делах Его».

На сей раз дочь Авраама, то есть, набожная женщина,  которая была связана сатаной восемнадцать лет, была освобождена от этих оков в субботний день. Иисус заставил умолкнуть Своих негодовавших врагов, обратив их внимание на их собственные действия, когда они в субботу выпускают вола и ведут его на водопой. Этим ответом Господь пристыдил всех противящихся Ему, и весь народ радовался о всех славных делах Его. Последнее из этих славных дел, которыми Иисус почтил субботу, описано так:

«Случилось Ему в субботу придти в дом одного из начальников фарисейских вкусить хлеба, и они наблюдали за Ним. И вот, предстал пред Него человек, страждущий водяною болезнью. По сему случаю Иисус спросил законников и фарисеев: позволительно ли врачевать в субботу? Они молчали. И, прикоснувшись, исцелил его и отпустил. При сем сказал им: если у кого из вас осел или вол упадет в колодезь, не тотчас ли вытащит его и в субботу? И не могли отвечать Ему на это».

Очевидно, что фарисеи и законники не посмели ответить на вопрос: «Позволительно ли врачевать в субботу?» Если бы они сказали «да», то дискредитировали бы свою собственную традицию. Если бы сказали «нет», тогда не смогли бы обосновать свой ответ справедливым аргументом. Посему они молчали. И когда Иисус исцелил этого человека, Он задал второй не менее смущающий вопрос: «Если у кого из вас вол упадет в колодезь, не тотчас ли вытащит его и в субботу?» Они не могли отвечать Ему. Явно, что спор нашего Господа с фарисеями, время от времени касательно субботы, удовлетворил их, по крайней мере, относительно вопроса об их традициях молчать было более мудрым решением, чем говорить. Уча народ, Спаситель заявил, что наиболее важными аспектами закона были суд, МИЛОСТЬ и вера;  и Его продолжительные и настойчивые усилия в пользу субботы были направлены на то, чтобы отстоять ее как МИЛОСТИВОЕ постановление и избавить ее от фарисейских традиций, которые извратили ее изначальное предназначение. Те, кто выступает против субботы, виновны в несправедливости по двум причинам: 1. Они представляют эту фарисейскую строгость как фактическую часть субботнего постановления. Этим они обращают умы людей против субботы. 2. И, сделав это, они представляют усилия Спасителя по упразднению традиций, как те, что направлены на ниспровержение самой субботы.

И теперь мы подходим к памятной речи Спасителя на Елеонской горе, прямо накануне Его распятия, где Он в последний раз упоминает о субботе:

«Итак, когда увидите мерзость запустения, реченную через пророка Даниила, стоящую на святом месте, - читающий да разумеет, - тогда находящиеся в Иудее да бегут в горы; и кто на кровле, тот да не сходит взять что-нибудь из дома своего; и кто на поле, тот да не обращается назад взять одежды свои. Горе же беременным и питающим сосцами в те дни! Молитесь, чтобы не случилось бегство ваше зимою или в субботу, ибо тогда будет великая скорбь, какой не было от начала мира доныне, и не будет».

В этих словах наш Господь приводит образы ужасных бедствий еврейского народа и разрушение города и храма, как было предсказано пророком Даниилом;  Его внимательная забота о народе, Богом которого Он является, побудила Его указать на способы спастись.

1. Он дает им знамение, посредством которого они должны были узнать, когда это ужасное уничтожение будет непосредственно надвигаться. Это была «мерзость запустения», стоящая «на святом месте»; или, как указано Лукой, символом был «Иерусалим, окруженный войсками».  Исполнение этого знамения запечатлено историком Иосифом Флавием. После описания того, как Цестий, римский командующий, в начале противостояния между евреями и римлянами окружил армией город Иерусалим, он добавляет:

«Если бы он хоть еще немного продолжал осаду, он тотчас имел бы город в своей власти. Но я думаю, что по вине злых Бог уже тогда отвернулся от Святыни и не судил, поэтому войне окончиться в тот день. Невзирая на отчаяние осажденных и настроение народа, Цестий вдруг велел солдатам отступить назад, отказался от всякой надежды на успех, хотя он никакой неудачи не потерпел, и самым неожиданным образом покинул город».

2. Увидев это знамение, ученики должны были знать, что опустошение Иерусалима близко. «Тогда», - говорит Христос, - «находящиеся в Иудее да бегут в горы». Иосиф Флавий описывает исполнение этого повеления так:

«После поражения Цестия многие знатные иудеи оставили город, точно так же, как спасаются с погибающего судна».

Евсевий Кесарийский также рассказывает о его исполнении:

«Более того, люди, принадлежавшие к Иерусалимской Церкви, повинуясь откровению, данному перед войной почтенным тамошним мужам, покинули Иерусалим и поселились за Иорданом, в городе Пелле; уверовавшие в Христа выселились из Иерусалима; вообще все святые оставили столицу Иудеи и всю Иудейскую землю. Божий суд постиг, наконец, иудеев, ибо велико было их беззаконие пред Христом и Его апостолами; стерт был с лица земли род этих нечестивцев».

3. Опасность была настолько неминуемой, что когда это знамение было явлено, нельзя было терять ни секунды. Тот, кто был на кровле, не мог даже спуститься, чтобы взять что-либо из своего дома. Человеку, который был в поле, нельзя было возвращаться домой за своей одеждой. Нельзя было медлить; они должны были бежать с тем, что у них было и спасаться бегством. И, действительно, горе было тем, кто не мог убежать.

4. Ввиду того факта, что ученики должны были бежать в момент, когда появится обещанное знамение, наш Господь наставил их молиться о двух вещах: 1. Чтобы их побег не случился зимой. 2. Чтобы это не произошло в день субботний. Плачевности этого состояния, если бы они были вынуждены бежать в горы посреди зимы, не имея времени даже взять свою одежду, достаточно, чтобы засвидетельствовать важность первого пункта и нежную заботу Иисуса, как Бога Своего народа. Второе из этих наставлений будет в равной степени выражением Его заботы, как Господина субботы.

5. Но на это отвечают, что последнее наставление ссылается лишь на тот факт, что евреи строго соблюдали субботу, как следствие, в тот день городские ворота были бы закрыты, и те, кто попытался бы убежать, были бы преданы смерти; следовательно, это никак не указывает на отношение Христа к субботе. Такое часто и уверенно произносимое утверждение должно быть, несомненно, основано на правде; однако краткое исследование покажет, что это не так. 1. Слова Спасителя относятся ко всей земле Иудейской, а не лишь к Иерусалиму: «Тогда находящиеся в Иудее да бегут в горы». Поэтому закрытие городских ворот не могло бы повлиять на побег никого, кроме как части учеников. 2. Иосиф Флавий говорит об удивительном факте, что, когда Цестий шел на Иерусалим, исполняя знамение Спасителя, и достиг Лидды, что в нескольких километрах от Иерусалима, он «нашел город покинутым его обитателями, так как по случаю праздника кущей все население устремилось в Иерусалим».  Закон Моисея предписывал каждому человеку в Израиле присутствовать на этом празднике в Иерусалиме;  и, таким образом, по Божьему провидению, у учеников не осталось врагов среди евреев на остальной территории страны, чтобы воспрепятствовать их побегу. 3. Еврейский народ, будучи собран в Иерусалиме, открыто нарушил субботу за несколько дней до побега учеников; наглядный комментарий о предполагаемой строгости в соблюдении ее в то время.  Далее Иосиф Флавий говорит о наступлении Цестия на Иерусалим, что

«Оттуда он пошел дальше через Бет-Хорон, и у Гаваона, на расстоянии пятидесяти стадий от Иерусалима, разбил свой лагерь. Как только иудеи увидели, что театр войны приближается к столице, они приостановили празднование и взялись за оружие. Упорствуя в своей надежде на свою многочисленность, они с воинственными кликами бросились беспорядочными толпами в битву, невзирая на седьмой день, который, как день отдыха и покоя, они всегда соблюдали наистрожайшим образом. Воинственная ярость, заглушившая в них чувство религиозности, была также причиной того, что они выиграли сражение. С такой неудержимой быстротой они ринулись на римлян, что прорвали их замкнутые ряды и, убивая направо и налево, протеснились сквозь них»  и т.д.

Таким образом, видно, что накануне побега учеников гнев евреев против врагов заставил их полностью пренебречь субботой! 4. Но после того, как Цестий окружил город своей армией, так явив знамение Спасителя, он внезапно отступил, как сообщает Иосиф Флавий, «самым неожиданным образом». Это было идеальное время для побега учеников, и заметьте, как Божье провидение открыло путь для тех, кто был в Иерусалиме:

«Его внезапное отступление возвратило смелость разбойникам, которые напали на арьергард и убили массу всадников и пехоты. Ближайшую ночь Цестий провел в ставке на Скопе; но на следующий день он двинулся дальше, сам как будто маня за собой неприятеля. Последний еще раз уничтожил заднее войско в походе и одновременно с тем обстреливал его со стороны дороги».

Это неожиданное наступление возбужденной толпы в преследовании римлян произошло в тот самый момент, когда ученикам было дано повеление бежать и у них не было другого шанса, кроме этой предоставленной возможности побега. Если бы отступление Цестия случилось в субботу, евреи, несомненно, преследовали бы его в этот день, как они это уже делали при менее пугающих обстоятельствах за несколько дней до этого, напав на него в субботу, когда он был в нескольких километрах от них. Поэтому отметим, что ученики, будь то в городе или в стране, были вне опасности подвергнуться нападению врагов, даже если бы их побег случился в субботу.

6. Поэтому есть лишь одно представление, которое может быть принято относительно значения этих слов Господа, это то, что Он таким образом говорил о священном отношении к субботе. Поскольку в Своей нежной заботе о народе Он дал им предписание, которое потребовало бы от них нарушения субботы, если бы бегство случилось в этот день. Так как повеление бежать было обязательным, как только они увидят обещанное знамение, а расстояние до Пеллы, где они нашли убежище, составляло как минимум шестьдесят миль. Эта молитва, которую Спаситель оставил ученикам, заставила их вспоминать субботу всякий раз, когда они приходили пред лицо Божье. Поэтому было невозможно, чтобы апостольская церковь забыла день священного покоя. Такая молитва о том, чтобы они не были вынуждены в будущем нарушить субботу, была верным и надежным средством увековечить ее священное соблюдение на последующие сорок лет до заключительного разрушения Иерусалима, и ранняя церковь, как мы это увидим дальше, никогда не забывала о ней.  Спаситель, приложивший немалые усилия во время всего Своего служения, чтобы показать, что суббота является милосердным постановлением и упразднить те традиции, которыми был извращен ее истинный замысел, в этой последней беседе с особой заботой вверяет субботу Своему народу, объединив в этом же обращении их личную безопасность и святость Божьего дня отдыха.

Спустя несколько дней после этой беседы, Господин субботы был пригвожден ко кресту, принеся великую жертву за грехи людей.  Так, Мессия был заклан на семидесятой неделе; Своей смертью Он положил конец обрядам и жертвоприношениям.

Павел описывает упразднение символической системы при распятии Господа Иисуса Христа на кресте следующим образом:

«Истребив учением бывшее о нас рукописание, которое было против нас, и Он взял его от среды и пригвоздил ко кресту… Итак никто да не осуждает вас за пищу, или питие, или за какой-нибудь праздник, или новомесячие, или субботу: это есть тень будущего, а тело - во Христе».

Объектом этого действия, как заявлено, является свод постановлений. Способ его упразднения указан следующим образом: 1. Истребленный; 2. Пригвожденный ко кресту; 3. Взятый от среды. Его природа показана в этих словах: «о нас» и «против нас». В этих постановлениях была информация о пище, питие, праздниках [греч. Эортес – праздник], новомесячиях и субботах.  Все это было названо тенью будущего; а тело, которое отбрасывает эту тень – во Христе. Этот закон, который был провозглашен голосом Божьим и начертан Его собственным перстом на каменных скрижалях и хранился под крышкой ковчега, был совершенно не похож на систему плотских постановлений, которая была написана Моисеем в книге и помещена одесную ковчега.  Было бы абсурдно говорить, что КАМЕННЫЕ скрижали были ПРИГВОЖДЕНЫ ко кресту; или говорить об ИСТРЕБЛЕНИИ того, что было ВЫГРАВИРОВАНО на КАМНЕ. Это бы означало, что Сын Божий проливает Свою кровь, чтобы истребить то, что начертано перстом Его Отца. Это перепутало бы все неизменные принципы морали, представило бы десять заповедей как то, что направлено «против» моральной природы человека. Это сделало бы Христа служителем греха, представило бы Его умирающим ради того, чтобы совершенно разрушить моральный закон. Нет правды на стороне того человека, кто причисляет десять заповедей к понятиям, которые Павел называет отмененными. Так же, как и нет оправдания тем, кто нарушал бы десять заповедей на основании данного заявления Павла; поскольку в конце он указывает, что то, что было упразднено, было тенью будущего – что является нелепостью применимо к моральному закону.

Праздники, новомесячия и субботы церемониального закона, которые Павел перечислил, как аннулированные вследствие упразднения данного кодекса, были уже отмечены отдельно.  То, что суббота Господня не включена в их число, явно говорит о следующем:

1. Суббота Господня существовала прежде, чем грех вошел в наш мир. Поэтому она не является одним из тех понятий, которые оттеняют искупление за грех.

2. Будучи созданной ДЛЯ человека перед грехопадением, она не является одним из тех понятий, которые О нем и ПРОТИВ него.

3. Когда церемониальные субботы были назначены, их тщательно различали с субботой Господней.

4. Суббота Господня не обязана своим существованием своду постановлений, но заложена в самом сердце этого закона, который Иисус пришел «не нарушить». Поэтому упразднение церемониального закона не могло отменить субботу, записанную в четвертой заповеди.

5. Усилия Господа на протяжении всего Его служения освободить субботу от рабства еврейских законников и восстановить ее милосердное постановление совершенно несовместимы с идеей, что Он пригвоздил ее к Своему кресту, как одно из тех понятий, которые против человека.

6. Ходатайство нашего Господа о бегстве учеников из Иудеи указывает на святость субботы спустя многие годы после распятия Спасителя.

7. Постоянство субботы на Новой Земле совершенно не согласуется с идеей, что она была истреблена и пригвождена ко кресту как то, что было против человека.

8. Авторитет четвертой заповеди явно признается после распятия Спасителя.

9. И, наконец, царственный закон, который не был отменен, воплощает собой десять заповедей и, следовательно, включает в себя и дает законную силу субботе Господней.

Когда Спаситель умер на кресте, вместе с Ним завершилось существование всей символической системы, которая указывала на это событие, как на свой прообраз. После смерти Спасителя Иосиф из Аримафеи пришел к Пилату и просил разрешить забрать тело Иисуса, и с помощью Никодима похоронил Его в своей собственной новой гробнице.

«День тот был пятница, и наступала суббота. Последовали также и женщины, пришедшие с Иисусом из Галилеи, и смотрели гроб, и как полагалось тело Его; возвратившись же, приготовили благовония и масти; и в субботу остались в покое по заповеди. В первый же день недели, очень рано, неся приготовленные ароматы, пришли они ко гробу, и вместе с ними некоторые другие».

Этот текст заслуживает особого внимания. 1. Поскольку это - явное признание четвертой заповеди после распятия Иисуса Христа. 2. Потому что это самый удивительный пример субботнего соблюдения во всей Библии. Господин субботы был мертв; осуществлялась подготовка для Его бальзамирования; когда приблизилась суббота, подготовка была приостановлена, и они остались в покое, как говорит священный историк, по заповеди. 3. Так как этот текст показывает, что согласно заповеди, день субботний – это день перед первым днем недели; таким образом, отождествляется седьмой день в заповеди с седьмым днем недели в Новом Завете. 4. Потому что это прямое доказательство, что знание истинного седьмого дня было сохранено до распятия на кресте; поскольку они соблюдали тот день, который предписан в заповеди, в который Всевышний отдыхал от трудов Своих при творении.

В день после той субботы, то есть, в первый день недели, выяснилось, что Иисус воскрес. Очевидно, что это событие, имело место в тот день, хотя это не заявлено конкретно. Многие предполагают, что в этот момент времени суббота изменилась с седьмого на первый день недели; что святость седьмого дня была тогда передана первому дню недели, который впредь стал «христианской субботой», получившей законную силу посредством авторитета четвертой заповеди. Чтобы судить о правдивости этих положений, давайте внимательно прочитаем каждое из упоминаний о первом дне, найденных у четырех евангелистов. Матфей пишет следующее:

«По прошествии же субботы, на рассвете первого дня недели, пришла Мария Магдалина и другая Мария посмотреть гроб».

Марк также пишет:

«По прошествии субботы Мария Магдалина и Мария Иаковлева и Саломия купили ароматы, чтобы идти помазать Его. И весьма рано, в первый [день] недели, приходят ко гробу, при восходе солнца... Воскреснув рано в первый [день] недели, [Иисус] явился сперва Марии Магдалине».

Лука использует такие слова:

«Возвратившись же, приготовили благовония и масти; и в субботу остались в покое по заповеди. В первый же день недели, очень рано, неся приготовленные ароматы, пришли они ко гробу, и вместе с ними некоторые другие».

Иоанн приводит следующее свидетельство:

«В первый же день недели Мария Магдалина приходит ко гробу рано, когда было еще темно, и видит, что камень отвален от гроба... В тот же первый день недели вечером, когда двери дома, где собирались ученики Его, были заперты из опасения от Иудеев, пришел Иисус, и стал посреди, и говорит им: мир вам!»

Основание «христианской субботы» должно быть найдено в данных текстах – если и в самом деле такое постановление действительно существует,– поскольку не существует других упоминаний о первом дне, которые касаются времени, когда он предположительно стал священным. Предполагается, что данные тексты доказывают, что при воскресении Спасителя первый день перенял святость седьмого, при этом поднявшись до уровня священного дня и понизив субботу Господню до уровня «шести рабочих дней».  Однако, если предполагаемое изменение субботы имело место, то следующие факты должны рассматриваться в самом деле как весьма необычные:

1. То, что в этих текстах не содержится упоминания о таком изменении субботы.

2. Они демонстрируют ясное различие между субботой четвертой заповеди и первым днем недели.

3. Они не дают священного наименования к этому дню; особенно то, что они назвали это «христианской субботой».

4. Они не упомянули тот факт, что Христос покоился в этот день; это важно для того, чтобы можно было назвать его субботой.

5. Они не сообщают о снятии Божьего благословения с седьмого дня и перемещении его на первый; на самом деле они не упоминают об акте благословения и освящения этого дня.

6. Они не упоминают ничего, что бы Христос сделал ДЛЯ первого дня; они даже пренебрегли сообщить нам, что Христос вообще что-либо сказал о первом дне недели!

7. Они не дают никакого предписания в поддержку соблюдения первого дня, и при этом нет и намека на то, каким образом первому дню недели может быть дана законная сила посредством авторитета четвертой заповеди.

Тем не менее, если утверждать со слов Иоанна, что ученики в этот раз были собраны по случаю чествования дня воскресения и что Иисус освятил этот акт, явившись им, завершая изменение субботы, то достаточно процитировать в ответ слова Марка, в которых повествуется о той же самой встрече:

«Наконец, явился самим одиннадцати, возлежавшим на вечери, и упрекал их за неверие и жестокосердие, что видевшим Его воскресшего не поверили».

Данное свидетельство Марка показывает, что вывод, так часто интерпретируемый из слов Иоанна, совершенно не обоснован. 1. Ученики собрались принять трапезу. 2. Иисус вошел в их среду и упрекал их за неверие в Его воскресение.

Священное Писание заявляет, что «Богу все возможно»; тем не менее, это заявление ограничено тем, что Бог не может лгать.  Относится ли изменение субботы к тем вещам, которые возможны Богу, или оно исключено этим важным ограничением, что Бог не может лгать? Законодатель – есть Бог правды, и Его закон – истина.  Остался бы он все еще истиной, если бы был изменен на что-то еще, или продолжил бы Законодатель быть Богом правды после того, как Он изменил закон, нам еще предстоит увидеть. Четвертая заповедь, которая, по утверждениям, была изменена, звучит так:

«Помни день субботний, чтобы святить его... День седьмой - суббота Господу, Богу твоему... Ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них, а в день седьмой почил; посему благословил Господь день субботний и освятил его».

Если теперь мы вставим слова «первый день» вместо седьмого, давайте взглянем, что из этого получилось:

«Помни день отдыха, чтобы святить его... День первый – день отдыха Господу, Богу твоему...

Ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них, а в день первый почил; посему благословил Господь день отдыха и освятил его».

Это превращает Божью истину в ложь;  поскольку то, что Бог покоился в первый день недели и благословил и освятил его, является ложью. Так же невозможно заменить день отдыха Господа, в который Он покоился, любым другим из шести дней, в которые Он не покоился.  Изменить часть заповеди и оставить остальное неизменным будет недостаточно, поскольку правды, которая останется, хватит, чтобы указать на внесенную ложь. Здесь необходимо более радикальное изменение, наподобие следующего:

«Помни христианскую субботу, чтобы святить ее. День первый – день отдыха Господу, Иисусу Христу. Ибо в этот день Он воскрес из мертвых; посему благословил Он первый день недели и освятил его».

После такого изменения от оригинального субботнего постановления ничего не остается. Пропущен не только Господень день отдыха, но и причины, на которых базируется четвертая заповедь, тоже по необходимости пропущены. Но существует ли такая редакция четвертой заповеди? Уж точно не в Библии. Истинно ли, что такие титулы применимы к первому дню? В Священном Писании – никогда. Законодатель благословил и освятил этот день? Вполне определенно, что нет. Он даже не упоминал его названия. Такое изменение четвертой заповеди со стороны Бога истины невозможно; поскольку оно не просто утверждает ложное и отрицает истинное, но и обращает саму Божью истину в ложь. Это просто установление субботе Господней альтернативы, которая, не имея в себе ни святости, ни авторитета, замыслила вобрать их в себя непосредственно из Библейской субботы. Таково ОСНОВАНИЕ воскресенья. Тексты, которые используются в возведении постановления на данном основании, будут отмечены в надлежащем порядке. Несколько из этих текстов упоминаются в данной главе:

«После восьми дней опять были в доме ученики Его, и Фома с ними. Пришел Иисус, когда двери были заперты, стал посреди них и сказал: мир вам!»

Здесь не утверждается, что наш Господь освятил первый день недели в этот момент; поскольку это действие к этому времени уже было совершено воскресением на основании уже процитированных текстов. Но если считать святость первого дня фундаментом, то данный текст является первым камнем в нем; первый столп в храме первого дня. В качестве взятого здесь аргумента можно заявить следующее: Иисус избрал этот день, чтобы явиться Своим ученикам; и этим действием выказал Свое особое отношение к этому дню. Но немалым недочетом в этом аргументе является то, что Его следующая встреча с ними произошла при ловле рыбы,  а Его последнее и самое важное явление, когда Он вознесся на небо, произошло в четверг.  Встречи Спасителя со Своими ученикам не может быть достаточно, чтобы быть доказательством того, что какой-либо день свят; поскольку иначе это доказывало бы святость нескольких рабочих дней. Но еще большим пробелом в этом аргументе можно считать тот факт, что данная встреча Иисуса с учениками произошла не в первый день недели. Это было «после восьми дней» от предыдущей встречи Иисуса и учеников, которая, произойдя в самом конце дня воскресения, не иначе как продлилась до второго дня недели.  Если слова «после восьми дней» от этой встречи подразумевали только одну неделю, это непременно приводит нас ко второму дню недели. Но когда подразумевается просто одна неделя, используется другое выражение. Для определения недели избранным Святым Духом термином является «после семи дней».  Слова «после восьми дней» наиболее вероятно подразумевают девятый или десятый день;  но даже если допустить, что имеется в виду восьмой день, это явно не доказывает, что явление Спасителя было в первый день недели. Итак, суммируем: первая встреча Иисуса с учениками, которая произошла вечером в конце первого дня недели, вероятно, если не сказать – точно, произошла, во второй день недели.  Вторая встреча не могла произойти ранее, чем во второй или третий день недели, и этот день, похоже, был выбран просто потому, что там тогда присутствовал Фома. Третья встреча произошла при ловле рыбы, четвертая – в четверг, когда Он вознесся на небо. Аргумент в пользу святости первого дня, взятый из этого текста, уже исследован; и учреждение первого дня как субботы, если оно не сформировано из более существенных фактов, чем те, что сейчас имеются в его основании, само по себе не более, чем воздушный замок.

Следующий текст является частью содержания святости первого дня:

«При наступлении дня Пятидесятницы все они были единодушно вместе. И внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились».

Предполагается, что этот текст является важным столпом в храме первого дня. Если рассуждать так, то выходит: в этом случае ученики были созваны, чтобы праздновать субботу первого дня, и в честь этого же дня тогда был излит Святой Дух. Однако, по этому выводу есть самые серьезные возражения. 1. Первое: нет никаких доказательств, что тогда существовала суббота первого дня. 2. Нет намека на то, что ученики собрались в этом случае для ее празднования. 3. Ни того, что Святой Дух был тогда излит в честь первого дня недели. 4. От момента вознесения Иисуса до дня излития Духа ученики продолжали пребывать в молитве и прошении, так что то, что они были собраны вместе в этот день, существенно не отличалось от того, что могло происходить в течение прошедших десяти или больше дней.  5. Если бы священный автор задумал показать, что определенный день недели был чествуемым посредством описанных событий, он непременно заявил бы об этом факте и назвал бы этот день. 6. Лука был настолько далек от того, чтобы назвать день недели, что даже и сейчас это является спорным вопросом; даже известные сторонники первого дня утверждают, что день Пятидесятницы в том году наступил в седьмой день недели. 7. Единственное значимое событие, которое Святой Дух задумал ознаменовать, было прообразом праздника Пятидесятницы; день недели, в который это должно было произойти, совершенно не имел значения. Насколько сильно, в таком случае, ошибаются те, кто меняют этот порядок. Они делают день недели, который Святой Дух даже не назвал, но который они принимают за первый, предметом приоритетной важности, при этом упуская тот факт, что Святой Дух отметил – что это событие произошло в день Пятидесятницы. Заключение, к которому ведут данные факты, неизбежно; а именно: то, что этот столп, возведенный из данного текста для храма первого дня, и является основанием этого сооружения – просто предмет воображения, и вполне достоин места рядом с тем столпом, который возник из упоминания о втором явлении нашего Господа своим ученикам.

Третий столп для сооружения храма первого дня следующий: Искупление важнее, чем творение; поэтому вместо дня покоя Творца должен соблюдаться день воскресения Христа. Но это утверждение открыто для  возражения о том, что Библия ничего подобного не говорит.  Кто тогда знает, верно ли это? Когда Создатель дал существование нашему миру, разве Он не предвидел падение человека? И, предвидя это падение, разве Он не поставил цель искупить человека? И разве это не говорит о том, что цель искупления была учтена при творении? Кто тогда может утверждать, что искупление важнее, чем творение?

Но поскольку Священное Писание не предопределяет этот пункт, давайте предположим, что искупление важнее. Откуда известно, что для его ознаменования должен быть отделен какой-то день? Библия ничего не говорит об этом. Но допустим, что какой-то день должен быть отделен с этой целью; какому же дню тогда отдать предпочтение? Сказано ли, что тому дню, в который было завершено искупление? Но ведь искупление ещё не завершено; воскресение святых и избавление нашей земли от проклятия также являются частью этого акта.  Но, допуская, что искупление должно быть ознаменовано прежде, чем оно будет завершено, устанавливая обособленно день в его честь, снова возникает вопрос, В какой день это должно произойти? Библия молчит в ответ. Если необходимо выбрать самый памятный день в истории искупления, несомненно, что предпочтение должно быть дано дню распятия на кресте, где была заплачена цена человеческого искупления. Который является более памятным – тот, в который вечный Законодатель отдал Своего единственного и безмерно любимого Сына, чтобы умереть бесславной смертью ради спасения мятежников, нарушивших Его закон, или тот, когда Он возвратил Своего любимого Сына к жизни? Последнее, хотя и волнующее событие, является самым естественным в мире; распятие же Сына Божьего за грешных людей может быть смело объявлено самым уникальным событием в летописи вечности. Потому день распятия на кресте - вне всякого сравнения, более памятный день. И то, что искупление утверждается распятием на кресте, а не воскресением - бесспорный факт. Ведь написано:

«В Котором мы имеем искупление Кровию Его». «Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою - ибо написано: проклят всяк, висящий на древе». «Ты был заклан, и Кровию Своею искупил нас Богу».

Посему, если стоит соблюдать какой-либо день в память об искуплении, бесспорно, день распятия должен иметь преимущество. Но рассматривать этот момент далее не имеет смысла. Должно ли отдавать предпочтение дню распятия или дню воскресения – совершенно не существенно. Святой Дух ничего не говорил в пользу любого из этих дней, но Он позаботился о том, чтобы событие в каждом случае имело свой собственный соответствующий памятник. Вы ознаменовали бы распятие Искупителя? Вам не нужно менять субботу на день распятия. Для Вас поступить так было бы самонадеянным грехом. Вот божественно назначенный памятник распятию:

«Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб и, возблагодарив, преломил и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери, и сказал: сия чаша есть новый завет в Моей Крови; сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание. Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет».

По этой причине именно смерть Искупителя, а не день Его смерти, Святой Дух считал достойной ознаменования. Ознаменовали бы вы также воскресение Искупителя? Вам не нужно изменять библейскую субботу ради этого. Великий Законодатель никогда не позволял подобных действий. Но этому событию был назначен соответствующий памятник:

«Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились? Итак мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни. Ибо если мы соединены с Ним подобием смерти Его, то должны быть [соединены] и [подобием] воскресения».

Быть погребенными в водной могиле, как наш Господь был погребен в могиле, и быть поднятыми из воды, чтобы идти в обновленной жизни, как наш Господь был поднят из мертвых славой Отца – это Господом установленный памятник воскресения Господа Иисуса Христа. И следует обратить внимание, что считался достойным ознаменования не день воскресения, а само воскресение. Событиями, заложенными в основании спасения, являются смерть, похороны и воскресение Искупителя. Каждое из них имеет свою значимость; в то время как дни, в которые они поочередно произошли, не имеют особого значения. Достойной ознаменования была смерть Искупителя, а не день Его смерти; и, следовательно, для этой цели была назначена Тайная вечеря. Достойным ознаменования было воскресение Спасителя, а не день воскресения; и, следовательно, как памятник ему было назначено погребение и воскресение в водах крещения. Но замена этого действия кроплением предоставила удобный предлог для соблюдения первого дня в память о воскресении.

Праздновать дело спасения посредством отдыха в первый день недели после шести дней тяжелого труда означало бы, что правда в том, что наш Господь завершил дело искупления человечества за эти шесть дней перед днем Своего воскресения, и в том, что Он покоился в этот день от труда, таким образом благословив и отделив его. Однако, ни одно из этих утверждений не верно. Вся жизнь нашего Господа была посвящена данной работе. В действительности, Он временно покоился от нее в субботу после распятия, но утром первого дня недели возобновил работу, которую Он с тех пор никогда не прекращал и никогда не прекратит до ее полного исполнения в воскресении святых и избавлении искупленных. По этой причине искупление не дает причин для изменения субботы; его собственных памятников достаточно, чтобы не рушить памятник великого Творца. Таким образом, и третий столп в храме святости первого дня, как и другие части этого сооружения, которые были уже исследованы, является всего лишь предметом воображения.

Четвертый столп в этом храме взят из древнего пророчества, в котором говорится, что христианская суббота была предсказана:

«Камень, который отвергли строители, соделался главою угла: это - от Господа, и есть дивно в очах наших. Сей день сотворил Господь: возрадуемся и возвеселимся в оный!»

Данный текст считается одним из самых сильных доказательств в поддержку христианской субботы. Тем не менее, стоит допустить, что основные пункты предположительно доказывают следующее. 1. Что Спаситель стал главою угла через Свое воскресение. 2. Что в ознаменование этого события день Его воскресения был сделан христианской субботой. 3. И что этот день, предписанный таким образом, подразумевает время для проведения служения для божественного поклонения и воздержание от труда.

На эти необычные предположения следует ответить: 1. Нет никаких доказательств, что Иисус стал главою угла в день воскресения. Священное Писание не отмечает особым образом день, когда этот случай имел место. Тот факт, что Он сделался главою угла, ссылается на Его становление главным краеугольным камнем данного духовного храма, который состоит из Его народа; другими словами, это ссылка на Его становление главой данного живого тела, святых Всевышнего. Не похоже, чтобы Он принял это положение до Своего вознесения на небо, где Он стал главным краеугольным камнем на Сионе, избранным и драгоценным.  И, следовательно, нет никаких доказательств, что в этом тексте вообще шла речь о первом дне недели. 2. Так же, как и нет и малейшего свидетельства о том, что этот или любой другой день были отделены как христианская суббота в память о воскресении Христа. 3. Как и не может быть найдено более необычное предположение, чем то, что данный текст предписывает соблюдение субботы в первый день недели!

В этом отрывке из Писания содержится явная ссылка на действия Спасителя в становлении главой церкви Нового Завета; и, следовательно, оно имеет отношение к началу распространения евангелия. Поэтому день, в который Божий народ радуется, что связано с их отношением к Искупителю, нельзя воспринимать как один из дней недели; поскольку им дано указание «ВСЕГДА радуйтесь»;  но как весь период распространения евангелия. Наш Господь так же использует слово «день», когда говорит:

«Авраам, отец ваш, рад был увидеть день Мой; и увидел и возрадовался».

Утверждать существование того, что называется христианской субботой, на основании, что данный текст является предсказанием такого постановления, означает соорудить четвертый столп для храма первого дня, как и те, что уже были рассмотрены.

Семидесятая неделя пророчества Даниила простирается на три с половиной года после смерти Искупителя до начала великой проповеди язычникам. Данный период семи лет, через который мы прошли, является самым богатым на события в истории субботы. Он охватывает всю историю Господина субботы, связанную с этим постановлением: Его чудеса и учение, посредством которых, как утверждают, Он ослабил ее авторитет; Его смерть, которой, как многие утверждают, Он упразднил ее; и Его воскресение, которым, как заявляет еще большее количество людей, Он изменил ее на первый день недели. Однако, у нас есть достаточно доказательств того, что каждое из этих положений ложно; и что при начале великого труда для язычников суббота четвертой заповеди не была ни ослабленной, ни упраздненной, ни измененной.