Свобода во Христе - христианский проект

Воскресенье, 14 июля 2024
Главная Весть 1888 года История субботы и первого дня недели Д. Н. Эндрюс ЧАСТЬ II СВЕТСКАЯ ИСТОРИЯ ГЛАВА 12 РАННЕЕ ОТСТУПЛЕНИЕ В ЦЕРКВИ
ЧАСТЬ II СВЕТСКАЯ ИСТОРИЯ ГЛАВА 12 РАННЕЕ ОТСТУПЛЕНИЕ В ЦЕРКВИ PDF Печать E-mail

Чистота апостольских Церквей – Раннее падение их благочестия – Появление в Церкви лжеучителей сразу после апостолов – Великое отступничество Римско-католической Церкви началось до смерти Павла – В апостольском веке зло не считалось добром – Как сделать выбор между истиной и заблуждением – Время не в силах превратить человеческие басни в Божественную истину – Историческое свидетельство раннего развития великого отступничества – Время не может служить поводом для исправления Библии – Свидетельство Боуэра касательно традиций того века – Свидетельство Даулинга – Мнение Кемминга относительно авторитета отцов церкви – Свидетельство Адама Кларка – Римско-католическая церковь исказила труды раннехристианских отцов церкви – Сущность религиозных традиций – Два закона веры, которые разделили христианский мир – Соблюдение воскресного дня утверждается только через принятие католического закона.

Книга Деяний представляет собой боговдохновенную историю церкви. Во время периода, который охвачен ее повествованием, апостолы и их соратники совершали свои деяния, и под их присмотром и заботой церкви Христа в значительной степени сохранили свою чистоту и учение. Апостольские Церкви, таким образом, служили истинным примером для будущих веков. Эта книга связывает повествования четырех евангелистов и апостольские послания и, таким образом, вместе они составляют Новый Завет. Но, если мы выходим за рамки периода, охваченного этой вдохновленной историей, и церквей, которые были основаны и находились под руководством боговдохновенных людей, то сталкиваемся с совершенно другими временами. К сожалению, в суровом изречении Гиббона содержится великая истина:

«Теолог может не отказывать себе в удовольствии изображать религию в той первобытной ее чистоте, с которой она снизошла с небес. Но на историке лежит более печальная обязанность. Он должен раскрыть неизбежную смесь заблуждений и искажений, которая вкралась в религию во время ее долгого пребывания на земле среди слабых и выродившихся существ».

Что говорит Книга Деяний о временах, которые наступили после ухода Павла? Обращаясь к старейшинам Ефесской Церкви, Павел сказал:

«Ибо я знаю, что, по отшествии моем, войдут к вам лютые волки, не щадящие стада; и из вас самих восстанут люди, которые будут говорить превратно, дабы увлечь учеников за собою».

Из этого свидетельства следует, что мы не можем принимать учение того или иного человека только потому, что он жил в послеапостольское время, или даже во времена самих апостолов. Лютые волки должны были войти в народ Божий, и из самого народа восстанут мужи, которые будут говорить превратно. Если задаться вопросом, как их отличить от истинных рабов Божьих, вот верный ответ: те, кто говорили и действовали в соответствии с учением апостолов, были мужи Божьи, а те, кто учили иначе, были людьми, которые говорили превратно, дабы увлечь за собою учеников.

Что говорят Апостольские послания об отступничестве? Во втором послании к Фессалоникийцам написано:

«Да не обольстит вас никто никак: ибо день тот не придет, доколе не придет прежде отступление и не откроется человек греха, сын погибели, противящийся и превозносящийся выше всего, называемого Богом или святынею, так что в храме Божием сядет он, как Бог, выдавая себя за Бога… Ибо тайна беззакония уже в действии, только не совершится до тех пор, пока не будет взят от среды удерживающий теперь. И тогда откроется беззаконник, которого Господь Иисус убьет духом уст Своих и истребит явлением пришествия Своего».

Подобное сказано и во втором послании к Тимофею:

«Проповедуй слово, настой во время и не во время, обличай, запрещай, увещевай со всяким долготерпением и назиданием. Ибо будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать себе учителей, которые льстили бы слуху; и от истины отвратят слух и обратятся к басням».

Эти тексты наиболее точно предсказывают великое отступление церкви и констатируют тот факт, что оно уже началось. Римско-католическая церковь, самая древняя в отступничестве, гордится своим апостольским характером. Из приведенных выше слов Павла, адресованных Фессалоникийцам, видно, что это великое антихристианство берет свое начало во времена апостолов, однако его апостольский характер решительным образом отвергается. Здесь мы обнаруживаем поразительную иллюстрацию того факта, что зло не становится добром, только из-за его случайного возникновения в апостольские времена. Изначально все либо правильно, либо неправильно. Если что-то правильно, оно согласовывается с Божественным стандартом. Если же у самих истоков что-то неверно, оно никогда не перестанет быть таковым. Великий сатанинский обман, который является причиной начала гибели нашего рода, до сих пор не стал истиной, хотя с тех пор, как он был произнесен, прошло уже шесть тысяч лет. Подумайте об этом, о, вы, поклоняющиеся в храме древнего заблуждения! Когда людские басни заняли место Божественной истины, тем самым Бог был обесчещен. Тогда как Он может принять послушание этим басням, как часть истинной преданности, которой Он требует он нас? Те, кто поклоняются Богу, должны поклоняться ему в духе и истине. Сколько веков должно пройти, чтобы людские басни превратились в Божественную истину? Чтобы пророчества Нового Завета о великом отступлении церкви были полностью исполнены? Страницы церковной истории дают исчерпывающие доказательства. Даулинг в своей книге «История Римской церкви» приводит следующее свидетельство:

«Едва ли существует нечто, что может быть более удивительным и поразительным для умов старательных исследователей древней истории Церкви, чем относительно ранний период, когда началось падение христианства, закрепившись в Римско-католической системе; не следует считать, что, когда первые начинатели многих небиблейских представлений и практик посеяли семена искажения, они предполагали или хотя бы могли себе представить, что те когда-нибудь дорастут до таких больших и чудовищных суеверий и заблуждений, какими являются предрассудки и заблуждения католицизма… Каждое из великих искажений последних веков, заслуживает порицания… Поклонение иконам, молитвы святым и почитание мощей являются продолжением естественных чувств благоговения и почитания памяти тех, кто страдал и умер за истину».

Робинсон, автор труда «История крещения», приводит следующее свидетельство:

«К концу второго столетия большинство церквей приняли новую форму, первичная простота исчезла; и незаметно, когда старые последователи ушли в могилу, их потомки наряду с новообращенными, как иудеями так и иноверцами, выступили вперед и создали свою собственную идеологию».

Один из современных авторов описывает действие тайны беззакония в первые века существования христианской церкви следующим образом:

«В течение этих столетий католические искажения либо насаждались по существу, либо семена были засеяны так хорошо, что, естественно, дали пагубные плоды, возникшие в более поздний период, принесли обильный плод. Во времена Иустина Философа, спустя пятьдесят лет апостольского века, причастное вино смешивали с водой, тем самым снижая его крепость. Хлеб, который сначала отправлялся больным, во времена Тертуллиана и Киприана считался божественным сокровищем, приносился домой людьми и прятался под замок для личного пользования. В это же время вышло постановление о том, что малые дети должны были совершать таинство причащения, названное искупительной жертвой Христовой. Обычай молиться за усопших, как утверждает Тертуллиан, был распространенным явлением во втором веке и стал универсальной практикой последующих веков; настолько, что в четвертом веке, если действие такой молитвы отрицалось, то это считалось ересью. К тому времени молитвенное призывание святых, почитание икон, крестное знамение и освященное масло были уже стандартной практикой, а поддельные чудеса выставлялись как доказательство их предполагаемой силы. Таким образом, действительно, тайна беззакония, которая уже действовала во времена апостолов, вскоре распространила свое пагубное влияние среди учителейхристианства».

О раннем введении поклонения иконам Неандер говорит следующее:

«И все же, возможно, религиозные изображения перешли из домашнего быта в церковный уже в конце третьего века; и стены церквей были расписаны таким же образом».

Раннее отступничество церкви – факт, который опирается на авторитет и вдохновение не менее, чем на церковную историю. «Тайна беззакония», - говорит Павел, - «уже в действии». Нам остается лишь удивляться тому, что большое количество людей из народа Божьего были так скоро лишены Божьей благодати и приняли иные убеждения.

Что же сказать о тех, кто обращается к этому периоду церковной истории и даже к более поздним временам, чтобы внести коррективы в свои Библии? Павел говорил, что люди восстанут из среды старейшин(служителей) апостольской церкви и будут говорить превратно и что отвратят они слух от истины и обратятся к басням. Действительно ли традиции этого периода настолько важны, что они могли сделать слово Бога пустым местом? Вот как эмоционально высказывается ученый Арчибальд Бауэр, изучавший историю папства:

«Дабы избежать обмана, мы должны обходиться с традициями так, как мы обходимся с отъявленным и общепризнанным обманщиком, которого мы порицаем, за исключением тех случаев, когда сказанное им подтверждается человеком несомненной честности… Вероломные и лживые традиции появились уже давно, и великие мужи, по причине своего религиозного легковерия, сами пострадали будучи обманутыми».

Доулинг приводит подобное утверждение:

«Библия, говорю я вам, лишь Библия является религией протестантов! Для истинного протестанта не имеет значения, когда именно появилась та или иная доктрина, если о ней не упоминается в Библии. Он узнает из самого Нового Завета, что во времена апостолов существовали заблуждения и что их труды зачастую были направлены на борьбу с этими заблуждениями. Следовательно, если на обсуждение предлагается та или иная доктрина, он спрашивает, можно ли найти ее в Слове Божьем? Этому ли учил Господь Бог наш, Иисус Христос, и его апостолы? И даже более того, добавим, что, несмотря на то, что Киприан или Иероним, Августин или даже отцы церкви ранних веков, Тертуллиан, Игнатий или Ириней могли проповедовать небиблейские доктрины и догмы католицизма, которые ни в коем случае не могут считаться признанными, все же истинный протестант спросил бы, говорится ли о них в Библии? Учили ли этому Христос и его апостолы?... Тот, кто принимает любую доктрину как основанную исключительно на авторитете традиции, как бы он не называл себя, отдаляется от протестантского мировоззрения и переступает через линию, отделяющую протестантизм от католицизма; при этом он не может привести веской причины, почему не принимает на веру более ранние доктрины и обряды или католицизм на основе того же авторитета традиции».

Доктор Камминг из Лондона так говорит об авторитете Отцов ранней Церкви:

«Некоторых из них выделяли за их одаренность, иных – за красноречие, кого-то – за благочестие, и слишком многих – за фанатизм и предрассудки. Доктор Делахог (профессор католического колледжа Мэйнут) писал, на основании сказанного Евсевием, что Отцы, которым действительно было предначертано стать светилами своего века, были слишком заняты подготовкой своих учеников к мученичеству, чтобы изложить хоть что-то в письменной форме; следовательно, сегодня у нас нет полного и достоверного толкования мнений всех отцов церкви ранних веков, а лишь тех, кто стремился к литературному признанию и был наименее внимательным к своим подопечным… Наиболее самоотверженные и благочестивые отцы церкви были заняты своими учениками; более тщеславные и амбициозные проводили время в написании трактатов. Если бы все они каждый в свое время облекали бы свои мысли в письменную форму, мы, наверное, имели бы истинное представление о теологии того времени; но, так как лишь немногие отцы занимались этим (кроме того, некоторые труды были переписаны или утеряны), причем не самые самоотверженные и благочестивые, я утверждаю, что так же неправильно судить о богословии ранних веков по трудам нескольких деятелей, чьи работы являются единственно сохранившимися до сего дня, как неверно было бы судить о богословии девятнадцатого века по проповедям Ньюмена, выступлениям доктора Кэндлиша или различным произведениям ныне покойного Эдварда Ирвинга».

Доктор Адам Кларк решительно высказывается на эту же тему:

«Но в этом отношении мы можем с уверенностью заявить, что в большинстве православных убеждений не содержится такой истины, которая не могла бы быть доказана их авторитетом; среди них также нет и лжеучений, дискредитировавших Римско-католическую Церковь, а потому они не могут быть причастны к этому событию. Что касается доктрин, их авторитет, на мой взгляд, - ничто.  Лишь слово Бога содержит в себе мое убеждение. По некоторым вопросам я могу обратиться к греческим и латинским отцам церкви и узнать, чему они верили; и чему верили люди их вероисповедания; но, несмотря на все это, я должен возвратиться к Божьему Слову, чтобы понять, чему оно призывает меня верить».

Он так же делает следующее сильное заявление:

«Мы должны проявлять осторожность, ссылаясь на слова отцов церкви в доказательство доктрин Евангелия; потому как тот, кто хорошо знаком с ними, знает и о том, что они постоянно меняют свои взгляды на многие догмы».

Приведенные ниже свидетельства частично объясняют сомнения отцов церкви. Так, Ефрем Пагит говорит:

«Римско-католическая Церковь, сознавая заблуждения и порочность, как верований, так и обычаев, многократно создавала видимость реформации; однако, огромная гордость и бесконечная корысть, которая брала свое начало от выносимых ими мук, получаемого помилования и прочего, затрудняли реализацию таких исправлений. Дабы утвердить свое превосходство, а также описанные заблуждения и новые догматы веры, они: 1) искажали труды многих ранних отцов церкви, переписывая их утверждения, и переиздавали их…; 2) написали множество книг от лица этих ранних авторов и выдумали бессчетное количество законов, догматов и убеждений, чтобы лжесвидетельство-вать против них».

Уильям Ривз свидетельствует об этом же:

«Римско-католическая Церковь располагала временем, положением и властью, чтобы установить царство тьмы; очевидно, что переписывание и исправление ранних трудов способствовало укреплению ее позиций».

Традиции ранней Церкви многими считаются такими же авторитетными, как и строки Священного Писания. Единичный случай, взятый из Библии, иллюстрирует характер традиции и то, насколько ее можно считать авторитетной:

«Петр же, обратившись, видит идущего за ним ученика, которого любил Иисус и который на вечери, приклонившись к груди Его, сказал: Господи! кто предаст Тебя? Его увидев, Петр говорит Иисусу: Господи! а он что? Иисус говорит ему: если Я хочу, чтобы он пребыл, пока приду, что тебе до того? ты иди за Мною. И пронеслось это слово между братиями, что ученик тот не умрет. Но Иисус не сказал ему, что не умрет, но: если Я хочу, чтобы он пребыл, пока приду, что тебе до того?»

Традиция фактически берет начало в апостольской церкви, которая, тем не менее, передала ее следующим поколениям в абсолютно неверной форме. Однако Слово Божье осторожно исправляет эту ошибку.

В действительности два закона веры охватывают весь христианский мир. Один из них – исключительно Слово Божье; другой – Слово Божье и традиции Церкви.

Вот эти законы:

I.ЗАКОН ЧЕЛОВЕКА БОЖЬЕГО – ТОЛЬКО БИБЛИЯ.

«Все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности, да будет совершен Божий человек, ко всякому доброму делу приготовлен».

II.ЗАКОН КАТОЛИКА – БИБЛИЯ И ТРАДИЦИИ.

«Если бы мы имели полный закон христианской веры и практики, мы бы не довольствовались лишь библейскими текстами, с которыми Тимофей был знаком с детского возраста, а точнее, Ветхим Заветом; даже не с Новым Заветом, без учета апостольских традиций и толкования церкви, которой апостолы передали Библию и истинное ее значение»

Несомненно, закон человека Божьего не рассматривает субботу в качестве первого дня недели; так как Слово Божье ничего не говорит о таком постановлении. Второй из приведенных законов принимается теми, кто проповедует святость первого дня недели, так как труды отцов церкви и церковные традиции представляют все возможные свидетельства, которые можно привести в защиту соблюдения этого дня. Принять первый закон означает отрицать перенос субботы на первый день недели и назвать ее человеческим постановлением. Принять второй закон фактически означает признать, что католики правы; так как именно по этому закону, они могут оправдать свои небиблейские догмы. У.Б. Тэйлор, талантливый автор, выступающий против соблюдения субботы, отчетливо формулирует эту мысль:

«Торжество истинных католиков над последователями соблюдения воскресенья, называющих себя протестантами, полноценно и неопровержимо… Поводом для серьезного осуждения христиан, принадлежащих к реформированным и евангельским деноминациям, может послужить то, что нет ни одного аргумента и ни одного утверждения в поддержку соблюдения воскресенья, которые бы  нельзя было с равной силой и в полной мере использовать для соблюдения других «праздников», назначенных «церковью».

Посмотрите на аргумент католиков:

«Господь назвал субботу седьмым днем и освятил ее; вы же [протестанты], вопреки Священному Писанию, перенесли его на первый день недели, основываясь лишь на авторитете традиции. Некоторые английские пуритане выступают против того, что соблюдение первого дня недели утверждается Библией, тогда, где написано «первый день недели».  Не правы ли они, когда цитируют эти отрывки? Но если мы объявили субботу днем очищения, поминовения усопших, молитвенного призывания святых, и тому подобное, они действительно должны иметь вескую причину, чтобы смеяться над нами и презирать нас; ведь где написано, что эти службы проводились в дни субботние? Или где предписано, что они должны всегда проводиться? Или где указано, что соблюдение первого дня недели должно отменять святость седьмого дня, который Бог освятил навеки? Ни одно из этих утверждений не выражено в слове Божьем».

Следовательно, кто бы ни бросил вызов в защиту субботы в качестве первого дня недели, неизбежно поддерживает Римско-католическую Церковь, хотя, возможно, сам не знает об этом.